Книга Все Снегурочки делают это, страница 24 – Лина Филимонова

Нам стало так жарко, что пришлось сорвать друг с друга одежду, нас мучила такая нестерпимая жажда, что мы начали предаваться безумствам прямо на кухонном столе. Потом от нашего сумасшествия пострадал диван, журнальный столик, подоконник… И только после этого мы оказались в кровати. Где Рома набросился на меня с новыми силами.

Мы уснули обнявшись. Засыпая, я думала, что это самый удивительный и непредсказуемый Новый год в моей жизни.

Думала ли я, соглашаясь быть Снегурочкой, что окажусь в постели с Дедом Морозом? И что он окажется невероятно горячим парнем!

Проснулась я одна. В квартире было пусто. И только разбросанные вещи и сдвинутая со своих мест мебель убедили меня, что вчерашняя безумная ночь мне не приснилось.

За окном огромными хлопьями валит снег. Чудесная новогодняя погода! Вот только настроение у меня совсем не чудесное. И не новогоднее. В моей квартире нет никаких признаков Нового года, разве что мандарины на кухонном столе.

Уже поздний вечер, а Рома так и не появился. И даже не позвонил.

Я не знала, корить себя за то, что оказалась для него Снегурочкой на одну ночь, или радоваться, что эта ночь была.

Мое тело помнило каждое его прикосновение. Никогда в жизни я не испытывала подобного фейерверка чувств! А он… наверное, уже закрыл для себя эту страницу. Возможно, он уже мчится в Питер.

И, даже если еще не забыл меня, то забудет очень скоро.

1 января

Я включила телевизор, пощелкала каналы. Обнаружила на одном “Иронию судьбы” и свернулась калачиком на диване, укрывшись пледом.

На экране Ипполит вещал, что за одну ночь разрушить старое можно, а построить новое — нет. Не получится. Грустный момент… но правдивый. У нас с Романом все закрутилось слишком стремительно. Мы знакомы всего несколько дней.

Конечно, у нет и не может быть серьезных чувств ко мне.

А у меня? Неужели я влюбилась всерьез? Похоже на то… Иначе мне сейчас не было так больно и так одиноко.

Надо приготовить какао. Вчера мы его так и не выпили.

Вспомнив, как Рома целовал мой палец, я почувствовала, что глаза наполняются слезами.

Стоп! Не реветь! Лучше я включу что-нибудь более веселое и приготовлю, наконец, чашку ароматного какао.

Звонок в дверь раздался в тот момент, когда я наливала молоко.

Я так и застыла с ковшиком в руке. Неужели это… Нет. Вряд ли.

Не надо надеяться на чудо. А то потом будет еще больнее. Наверное, это Марина. Или кто-то ошибся дверью.

Увидев, что ковшик в моей руке наклонился и молоко льется на пол, я поставила его на стол. И медленно пошла к двери. Я почти не дышала, зато сердце колотилось как заведенное.

Надо посмотреть в глазок… Рома! Это он. Он вернулся…

Мой замок обычно открывается очень легко, буквально с пол-оборота. Но в этот раз его заело. Или я крутила не в ту сторону… Долгих несколько секунд я возилась с дверью, и, наконец, распахнула ее.

В мою квартиру ввалился Роман, увешанный какими-то пакетами, От него веяло холодом, он был как настоящий Дед Мороз. Холодный, праздничный, улыбающийся. До боли родной…

Я бросилась ему на шею.

— Осторожнее, — сказал он и немного отодвинулся.

Я смотрела на него в недоумении. Мне что, нельзя его обнять?

— Я не один, — произнес Рома еще более загадочную фразу.

Дверь была закрыта, за его спиной никого не было. Мы что, кого-то забыли в подъезде? И кто это может быть?