Книга А ты не такой?, страница 44 – NeTa

Яна сразу уснула, чтобы во сне оказаться там же, откуда сегодня бежала – рядом с Мартином, именно с ним.

Программист уже спустился по лестнице и выходил в холл, когда услышал слова Ильи о походе в кино с Яной. И ее согласие, с некоторыми оговорками. Мартин грустно усмехнулся – не сам ли ее подтолкнул к Илье? Только Яна и про него ничего не знает, а там много интересного…

— Пока, Билл Гейтс, – попрощался с ним Федор.

Илья тоже кивнул и поднял кверху ладонь, типа, он присоединяется к прощанию.

— Пока, мужики, – пробубнил Мартин.

Он обратил внимание, как пристально к нему приглядывается Илья. Но сделал вид, что ничего не заметил.

Вышел на улицу, сквозь волосы глянул по сторонам: вдалеке заметил бредущую с непокрытой головой Яну. «Почему не поехала на автобусе? Ведь простынет! Какая же она…»

Мартин подошел к своей машине, завел движок для прогрева и достал телефон. Подумал и набрал чей-то номер.

— Привет, милая. Как настроение? Хотел заехать к тебе. Пустишь? Тогда еду.

Грустная улыбка не покидала его лицо, когда он садился в свой танк, делал хвост и выезжал с парковки в противоположную от Яны сторону. Через некоторое время его машина остановилась в коттеджном поселке, что был на окраине города, в самом экологически чистом районе их промышленного монстра.

Мартин вышел, вдохнул полной грудью и посмотрел на одноэтажный, довольно-таки большой по площади дом. Из окна ему махала рукой симпатичная девушка. Он широко улыбнулся, послал ей воздушный поцелуй и направился по тропинке в дом. Своим ключом открыл дверь и прошел внутрь. Навстречу ему бросилась собака, хаски. Она всем видом показывала радость от встречи с ним.

— Привет, Март! – послышался девичий голос. – Иди на кухню. Будем чай пить с вишневым пирогом.

— Иду, Марина, иду.

Он снял обувь, куртку и пошел на голос.

— Сними ты свою фуфайку! Запаришься же. У меня жарко.

Мартин послушался и снял свой суперутепленный свитер. На нем была обычная футболка с эмблемой какого-то заморского городка. Наконец, он прошел на кухню, где у окна сидела девушка. Одна нога ее находилась в гипсе от стопы и выше колена, вторая была в каком-то каркасе. Собака тут же улеглась рядом с ее ногами. Девушка потянулась к Мартину руками, он присел на корточки перед ней и дал себя обнять. Погладил собаку по голове, за что получил облизывание ладони.

— Что приключилось с тобой, старший-старший брат? Вдруг, среди недели решил ко мне заехать, – с интересом, граничащим с любопытством, спросила сестра.

— Хотел рассказать тебе кое-что и получить плохую оценку.

— Если ты знаешь, что оценка будет плохая, значит, ты где-то накосячил.

— Так и есть. Наверное. Не уверен.

— Мой руки, садись за стол и рассказывай. А я за тобой поухаживаю.

— Сначала скажи, как твои успехи?

— Все по графику. Теперь я твердо знаю, что нельзя делать то, что опасно. Тем более, без разминки и в одиночестве.

— Хорошо, что ты это поняла. Не прошло и …

— Мартин, сколько раз можно говорить, ты не виноват! Никто так не думает, кроме тебя. Мне же не десять лет было, и даже не двадцать!

Девчонка сделала удивленные глаза и покачала головой, словно не веря, что ей столько лет. Мартин засмеялся.

— Это тебя надо было назвать Мартой-мартышкой.

— Если бы я раньше родилась, так и было бы. Но у нас – Мартин, Марат, Марина. У меня есть старший-старший брат и старший брат. Кстати, Марат вчера звонил: они с папой в Германии сейчас по делам.