Книга Забава для мажора, страница 47 – Аля Драгам

— Лийка, ты не обижайся только. Но ты точняк в этого Миронова влипла. И теперь у тебя два пути: или у вас все получится, если ему ты нравишься. Или страдать тебе долго, зная натуру творческую. Если для него игра.

— Вот и я это понимаю…

— С Нечаевым поговори. Объясни, что не готова. Если любит, дождется. Будет стараться. А если нет, то чего друг друга мучить будете? Он не урод моральный, сам тебя не кинет, чтоб не обидеть.

Свернув разговор о делах сердечных, принимаемся за обед, а потом за уроки. Дашка решает остаться у меня, потому что ей завтра к третьему уроку. Я в школу пойду утром, она — домой.

Успеваем разделаться с матешей и русским, когда звонит Олька, Даша делает знак поставить вызов на громкую. Любопытная до ужаса — везде нос сунет. Но я её и за это тоже люблю.

Оля рассказывает нам про то, что было после моего ухода.

— Ты прикинь, он так и сказал, что вдруг ты ему нравишься?

Дарья толкает меня в плечо, мол, о чём я говорила!?

— Это еще не все. Мы потом поехали в какую—то больницу, потому что Миронову Лютова позвонила. Сейчас офигеешь. Она на него такая хоп, типа, это мой парень. А он отодвинул и громко заявил, что он одноклассник и у него девушка есть. Лийка, я уверена, что он про тебя говорил. Сама подумай: Миронов никого никогда не водил. Девчонки всегда липли сами. А тут тебя уговаривал!

— Оль привет. Это Даша. Я всё слышала. Я тоже этой дурёхе втолковываю. Надо хотя бы поговорить с ним. Ну не самой, конечно. А если он предложит разговор.

— Ну, и я о чем. Да он её глазами ест просто. Ты бы в кафе сегодня видела это.

— Наобсуждались? — Начинаю злиться. — Ты сама ничего нам не хочешь рассказать? С кем каталась по врачам всяким, кто руку на плечи клал, а?

— Ой, да нечего рассказывать. Он всегда такой. Я просто за компанию была, чтобы ты пошла.

— Ну—ну. Я так и подумала. — Рисую в воздухе кавычки, забыв, что мы не по видео общаемся.

— Подожди—ка, Оль. — Дашка хватает телефон и подносит к глазам. — Тадам! А вот и Миронов. В контакте ей пишет «Спустись, я внизу». Что и требовалось доказать.

— Лийка, иди. Потом расскажешь.

— Иди—иди, — это уже Дарья подключилась. Предательница.

— Не хочу я. И со Стёпой еще не разговаривала, как я могу пойти к другому? Вы на что меня толкаете?

— Иди! — Хором? Они офигели?! Спелись, блин.

— Даш, выстави её. Мы пока поболтаем, а она сходит.

— Сча. Погоди. — Дашка отворачивается к окну. — Так, я ему ответила, что выхожу. Ну в смысле, что Лийка выходит. Я ж от её имени писала.

— Оль, повиси. Я дверь за врединой закрою.

— Да не пойду я никуда. Тебе надо, ты и спускайся.

— А я спущусь. И сюда его позову. Её такой парень ждёт, а она ломается. Дождешься, его эта ваша Лютая к рукам приберет.

— Лютова.

— Однофигенственно. Вниз иди, и чтоб полчаса минимум тебя здесь не было.

— Ну спасибо, подружки. В подъезде посижу.

— Я тебе посижу. Лий, правда, хватит ломаться. Поговорите и всё. Задай ему все вопросы сразу. Игра — тогда досвидули. Может, он вообще по другому делу приехал.

И что делать разумной девушке? В голове—то понимаю, надо смолчать и остаться дома. Но глупое—глупое сердце уже отстукивает ступени вниз.

— Ладно. Я быстро. Дверь закрой и за дедулей присматривай.

— Всё сделаю, не переживай. Тем более, он спит сейчас.