Книга Девочка из прошлого, страница 3 – Аля Драгам

— Захлопнись! – Квакает лысый, который первым подошел в клубе.

Изловчившись, кусаю его за руку и тут же получаю по лицу. Перед глазами все плывет, и чувствую, как струйка крови начинает течь по подбородку.

В панике верчу головой, пока два мудака ржут возле машины и кого-то ждут. Здесь много дорогих авто, сидят водители, курят мужчины, но никому, совсем никому нет дела до меня… Взгляд натыкается на того темноволосого из vip-ки. Он не отворачивается и я мысленно молю его: пожалуйста, помоги… пожалуйста…

— Оставь девчонку.- Его голос звучит чуть хрипло и очень властно.

Мой мучитель весело скалит зубы:

— Облезешь, Давид.

— Оставь. Девчонку. В покое. – Каждое его слово стучит в голове. Сквозь слезы ничего не вижу. Но чувствую, что меня отпускают, и я от неожиданности падаю.

Давид. Значит, его зовут Давид. И именно на его грудь я от неожиданности падаю.

Мужчина тащит меня в темный джип и садится рядом на сиденье. Черт, черт, черт, зачем я им всем понадобилась? Зачем я согласилась пойти в этот клуб? Зааачееем?!

Он что-то говорит мне, но слезы душат, а страх так сжимает сердце, что больно дышать. Я чувствую протянутую ко мне руку и стараюсь вжаться в сиденье.

— Не бойся, я вытру кровь.

Он говорит спокойно и совершенно без злости и раздражения. Но, может быть, это мне только кажется? Что-то спрашивает. Кажется мое имя, про брата…

— Как зовут твоего брата?

Зачем ему мой брат? Брата я не видела давно. И не могу дозвониться. Вообще.

После того, как меня забрали обратно в детский дом, я ревела и слушала в пол уха. Я думала, что брат связался с криминалом, он объяснял миллион раз, что прячет меня для моей же безопасности. Первое время он не приезжал, но находил возможность связаться. Редко. После моего выпуска брат примчался сразу, и хоть я осталась в Самаре, он выкраивал дни и приезжал, часто звонил. Кроме него у меня нет никого, он близкий для меня человек. Один – единственный родной.

— Есть брат, Влад. Влад Северьянов, – шепчу имя брата, и поднимаю глаза. Интуитивно чувствую, что плохого этот мужчина мне не сделает.

Давид.

Зачем Игнатьеву эта девчонка? Из-за дел Влада? – Вряд ли. Его, конечно, хотят все: друг гений в схемах, но мы все после бурной молодости предпочитаем спокойные дела. Четыре месяца прошло, как он пропал без вести. Его искали и официально, и неофициально. Землю носом рыли, но все следы потерялись.

Да и как она здесь вообще оказалась? После того случая Влад спрятал сестру в интернате в Самаре. Когда она успела объявиться в Питере, бл*дь?! И он ведь молчал. Мы близкие друзья. Он тот человек, которому я доверяю полностью. Но тема сестры – табу. Два слова мелькнет и молчит. Можно не пытать. У нас не принято лезть в душу, захочет – расскажет.

Наблюдаю, как она съеживается в комок на сиденье, стараясь казаться совершенно незаметной. Замечаю, что ее трясет, хотя в машине тепло и мне хочется сказать Мише убавить печку. Снимаю пиджак и накидываю ей на плечи.

— Не бойся. – Судорожно вздыхает и смотрит на меня своими бездонными глазами. Она очень похожа на брата. Темные волосы, большие глаза и точеный нос. Пухлые яркие губы. Длинные ресницы и небольшой шрам на брови, от чего кажется, что бровь разделили на две полосочки. Небольшая родинка над верхней губой, словно приклеенная мушка, как в средние века. Усмехаюсь своим мыслям: я никогда не любил историю, которую вдалбливал мне дядя-профессор.