Книга Веселые каникулы мажора, страница 22 – Аля Драгам

— Здравствуйте, Тамара Ивановна! А Андрей так соскучился за вами, что забыл меня позвать. Я Марина, невеста.

Баб Шура открывает и закрывает рот, а Маринка вдруг тянет руки, чтобы её обнять.

Эээ…

— Марин, — успеваю дёрнуть её на себя. — Это не моя бабушка.

— Не его бабушка, — подтверждает баба Шура. — И не «за вами», а…

До старушки, видимо, только доходит всё сказанное, потому что она комкает передник, и поднимает его, зажатым в кулаке, прикрывая рот.

— Невеста? Ох, ты ж… Мальчик-то как вырос… Как вырос… Жених уже, слышишь, Вась?

Слышит ли Вася, узнать не удаётся, она не выходит.

Поплакав от радостной новости, баба Шура еще раз обнимает меня, поздравляем Маринку, и отправляет нас домой. Мол, бабушка заждалась.

Да я и сам понимаю это, пообещав заскочить завтра на пироги, и всё-все рассказать.

Уже в машине, где сел сзади к подруге, рассматриваю её и задаю вопрос, что вертится на языке:

— Какая Тамара Ивановна? Ты же слышала, что мы едем к другой бабушке. Что за нах, Марин?

Не могу объяснить, но мне… Черт, мне стыдно за поведение моей девушки. Вроде бы ничего противозаконного она не совершила, да и выглядит как с картинки, но червячок внутри точит, обещая мне, что эта выходка ещё аукнется.

— Перепутала, — демонстративно перекатывая во рту жвачку, Маринка отворачивается к окну. — Море классное!

Отведешь меня сегодня? Хочу занырнуть.

— Отведу, — наблюдая за ней, соглашаюсь. — Вечером. Сейчас без привычки опасно.

— Какая привычка, Андрюш? Это же море…

— Вечером, — повышаю голос, посматривая на деда, слышал или нет.

Вроде бы нет — он увлечен парковкой, загоняя свою бэху задом в гараж.

— Дед, погоди, выйду, — в нетерпении открываю дверь и ступаю на коротко выкошенную траву. Давлю в себе желание стянуть кроссы и утонуть в прохладной зелени ступнями.

Сделаю это позже, а пока вытаскиваю за руку Маринку и, оставив ее на месте, бегу к родной женщине, подхватывая её на руке.

Бабушка хохочет и в шутку отбивается, но я же вижу, что ей нравится. Лицо залито слезами, а сама улыбается едва ли не шире моего.

— Вернулся, блудный ты кот.

Хмыкаю и осторожно спускаю бабулю на землю.

— Ба, знакомься, это Марина, моя подруга, — опережаю выпад этой самой подруги. Для бабушки и так шок, я не предупреждал, что приеду не один.

— Приятно познакомиться, — пищит Савельева.

— Очень приятно, — вторит ей бабуля, переводя взгляд на меня.

Ухмыляюсь, перекатываясь с пятки на носок. Вырос, ага.

— А мы Шуркину Васю встретили, довезли, — дедушка спасает положение. — Сумки потом заберешь?

— Точно! Сумки!

Вспоминаю про подарок бабуле, да и деду презент тоже лежит. Не для бабушкиных глаз, конечно.

С удовольствием осматриваюсь в гараже. Сколько же времени я здесь проводил! Обожал копаться в запасных деталях, инструментах. Дед многое переделал, но мне все равно приятно оказаться в любимом с детства месте.

С сумками наперевес возвращаюсь в дом, куда уже переместились все остальные.

— … гоняют девку почём зря. Шура ещё пожалеет, а от Людки теперь не дождёшься.

— Кого проклинаете? — застываю в дверях, втягивая запах пирогов.

Дома. Я дома, чёрт побери!

— Про Васю говорим. А ты иди, Андрюш. Я твою гостью в Наташину спальню определила пока?

Вроде бы бабушка не спрашивает, но получается, что как будто ждет моего одобрения.