Онлайн книга «Веселые каникулы мажора»
|
— Жениться, значит, собрался? — Да не, это… так… — Так, — хмыкают, рассматривая меня с ног до головы. — Бабке не ляпни, а то получим оба. Ты — за то, что скрывал, я за компанию. Ещё и родителям твоим достанется. — За компанию она может, — поддерживаю. — Помнишь, как гоняла нас мокрым полотенцем? — Когда Васька разрисовала твою кровать? Дед заливает чуть хриплым смехом, а я тихо бормочу себе под нос: — Нет, не тогда. Уже хочу спросить, приезжает ли моя детская повинность в посёлок, но отчего-то молчу. И так слишком много сегодня вспоминаю про Ваську. Непорядок. Фигня это всё. — Геныч был весной. Говорит, всё по-старому: кассеты на карандаше, кино по субботам? — сидя с дедом впереди, разворачиваюсь к нему, чтобы и Маринка тоже слышала. — На карандаше? Это как? — Нууу… Лучше сама посмотришь. Мысленно потираю руки, жадно смотря в окно. Изменилось… всё… На месте привычных виноградников то здесь, то там высятся замки, обнесенные трехметровыми заборами. Рощи почти все вырублены… — Дед, а сады-то кому помешали? — Так тем, кому и раньше. Только раньше руки были связаны, а как начался развал, так везде и пошло-поехало. Дальше-то совсем не узнаешь. — Совсем? — Что-то осталось неизменным, — дедушка улыбается, приглаживая одной рукой усы. — Кино, как твой Генка сказал, по субботам. Бабушка ходит с подругами, да… — Бабушка в кино⁉ — А кто ж еще индийские танцы смотреть-то будет? Людка обзванивает, вот они и ходят. Поддержать, так сказать. С трудом представляю бабушку в кино, но, кстати, с удовольствием посмотрю на это. У меня на дне сумки лежит как раз подарок от матери — яркий цветной платок, купленный на одной из ярмарок. — Дед, — прошу. — Останови на выезде. Надо чё—нить к чаю организовать! — Да не надо ничего. Бабка уже ждёт, напекла всего. Шурка приходила, блинов твоих любимых принесла. Помнишь, как любил? С вареньицем. А Васька, слышь, еще и сметаной сверху мазала. Васька — девчонка Шуркина, — поясняет Марине. — Ненавидели друг друга… Ууу! Бабки все умилялись, что такая ненависть только до любви и бывает. А от вишь как вышло-то… Последнюю фразочку дедушка уже под нос проговаривает, но я все равно отчетливо её слышу. И почему-то вздыхаю… Глава 02 Лето 1998 года. Василиса. Крошка моя, я по тебе скучаю! Я от тебя письма не получаю. Ты далеко и даже не скучала. Но я вернусь, вернусь, чтоб ты узнала, Что я далеко, я по тебе скучаю, Я от тебя письма не получаю… Ты далеко и даже не скучаешь, Но я вернусь, вернусь, и ты узнаешь, Что я далеко от тебя… © «Руки вверх!» — «Крошка моя» Пританцовывая, стою в конце длинной очереди и жду открытия магазина. Тётя Нина — продавщица — задерживается с приёмкой товара, за что получается океан недовольства от впередистоящих женщин. Все спешат и торопятся, но я её хорошо понимаю: одна таскает тяжёлые ящики, да ещё сразу их разбирает. Кстати, я предлагала свою помощь. Записывать и считать, конечно, не моё дело, чтобы не напороться на неприятности, но носить вполне могла бы. Жалко, что водитель меня шуганул, типа под ногами мешаюсь, я правда только помочь вызывалась. Впрочем, моя совесть спокойнее, чем совесть сидящих метрах в десяти на остановке парней, громким гоготом нервирующих своих же бабушек. Переростки не стесняются обсуждать то, что взрослым людям вообще-то слушать неприлично! |