Книга Жизнь в шторме, страница 21 – Tina Rogova

Я вышла на веранду, музыка играла на всю. Соседи естественно все слышали и наверное и видели.

Я подошла к ним, на них не возможно было смотреть. Я вообще на дух не переношу пьяных людей, наверное это связано с тем что я с детства смотрела именно на таких людей.

— Сколько еще вы будете продолжать пить? — спросила я максимально спокойным голосом.

— А мы что у тебя дома пьем, или может быть за твои деньги? — спросила мама злым тоном.

— Мне надоело на это все смотреть, честно.

— Так тебя тут и никто не держит. Можешь уходить на все четыре стороны.

Мне было обидно это все слышать от родной матери, я понимала что она это говорит потому что она пьяная.

— Уходи отсюда-я обратилась к родственнику- Сколько можно?

— Линда, твоя мама может меня выгнать но не ты.

У меня начиналась истерика, мною начало трясти.

— Видишь-услышала голос мамы-ты никто, поняла. Ты никто, слышишь?

Я взяла и со злости начала бить посуду об пол. Стало ли мне легче? Можно сказать и так.

— Убирайся отсюда, слышишь? — я начала его толкать к двери-убирайся, это вы во всем виноваты, что она в таком состоянии.

Он что-то невнятно промямлил, но толку не было.

— Пошла вон из моего дома, чтобы через пол часа и духу твоего не было-услышала я мамин голос за спиной.

— Мама перестань-слезы катились по моим щекам.

— Ты ничего не добилась в жизни, ничего. И по этому ты никто.

У меня начиналась истерика, голова ужасно болела.

Я почувствовала что то на своем лице, это была кровь.

Я потрогала губу, на моей руке была кровь.

— Ты видишь до чего ты меня доводишь? — спросила я у нее, показывая кровь.

— Это не я, это ты сама себя так доводишь. Мне все равно, даже если ты сдохнешь. Мне будет просто все равно.

Я побежала в ванную и начала умываться. Я понимала что это говорит не она, а пьяный голос внутри нее. Но мне было больно от осознания того что я теряю её. Я теряю свою маму.

Я вышла они опять сидели за столом.

— Ты ничего не принесла в этот дом, ничего не купила. Так какое ты имеешь право что-то бить или ломать?

— Потому что к Вам не доходит по другому.

— Собираешь свои вещи и выметаешься отсюда, поняла?

— Ты не можешь меня выгнать. — начала протестовать я.

— Могу, имею полное право.

Этот родственник в этот момент подошел ко мне и вылил на меня ведро холодной воды.

— Остынь, Линда.

Они начали смеяться надо мной, их смех был для меня унижением. Меня унижали в собственном доме, как будто я никто. И да, я понимала что я действительно никто, ведь я не живу, а просто существую.

Я пошла в свою комнату, мною начало трясти, я не могла понять разве я не заслуживаю счастья, нормальной семьи, хороших друзей, любимого молодого человека.

Разве я прошу много?

Плохие мысли начали посещать мою голову.

А что если сейчас просто это все закончится раз и навсегда?

Я пошла к тумбочке где лежали медикаменты и открыла их.

Я начала выбирать пластинки, в основном это были от сердца и головы.

Я пошла на кухню набрала воды и начала принимать их. Я посмотрела на свою ладонь, где была горсть таблеток, подумала долю секунду и выпила их. Потом еще три каких то пластинок.

Горький вкус этих таблеток оставался в горле. Я пила много, до такой степени что меня уже начало воротить от них.

Я пила воду, но этот горький вкус все равно оставался.