Книга Я с тобой дальше, страница 24 – Екатерина Никандрова

В последние два года нас с Анной посадили вместе на истории. Мой любимый предмет. Чего нельзя сказать про Анну. Мне кажется, сколько лет я пристально наблюдаю за ней, она слишком легкомысленная, чтобы любить такой серьезный предмет. Ведь история – это не только сухие факты, имена и даты. Это анализ, это выводы. Способна ли Анна делать выводы в своей хорошенькой головке? Не уверен. Скачет, как белка, с места на место. У меня голова начинает кружиться, когда я порой невольно слышу, как она болтает со своими подружками. Мне очень хочется сказать Анне, что ей бы нужно стать посерьезней. И посерьезней относиться к учебе! А именно, хотя бы не забывать через раз учебник дома. Я никому не даю свои учебники, они у меня всегда аккуратно обернуты, и в особенно важных и интересных, на мой взгляд, местах, я закладываю страницы клейкими стикерами. На моей половине парты всегда порядок, все на своих местах. Анна наваливает свои учебные принадлежности горой, и бывает, что посреди урока, когда ей внезапно нужно что-то достать из середины, все остальное оказывается на полу. Я не одобряю ее неряшливость, но каждый раз помогаю ей поднять вещи.

Все вдруг изменилось в начале выпускного класса.

В конце прошлого года я пару раз видел Анну с Марком. В первую минуту сердце у меня в груди подпрыгнуло и как будто провалилось в желудок.

Марк – красавчик, каких поискать. Да еще и из богатеньких. И учится неплохо. Да и в школе многие хотят быть как Марк, тьфу, нашелся идеал, тоже мне. Лидер, харизма! Что вообще значат эти слова, хотел бы я знать? Вернее, определения я, конечно же, знаю, но почему это так важно для других людей? Я уверен, что я умнее. И скромнее. Совершенно ни к чему так выставляться, как делает это Марк, со своими дорогими вещами и стрижкой как у какой-нибудь модели из журнала, фу. Но вот что меня пугает, так это то, что своим рациональным умом я вижу, что Марк, ах, простите, Эм, все ведь так его называют, такой же бессистемный человек, как Анна! Они ведь вполне могут сойтись на этой почве. Они так похожи своей порывистостью. И необъяснимыми для меня порой поступками.

Несколько месяцев в конце года я не находил себе места. На лето все разъехались на каникулы, и я потерял Анну из виду на долгие три месяца.

В первый учебный день я поставил будильник на 6.30. Хотя, собственно говоря, я все лето ставил его лишь на пол часа позже. У меня очень высокий уровень самодисциплины. Самый полезный сон – до полуночи, поэтому вы никогда не увидите меня вне постели после десяти вечера. Так вот, в тот день я встал пораньше, заправил постель, еще раз проверил с вечера собранную сумку. Зарядка, полезный завтрак, тщательно почистить зубы, обязательно после еды, все, можно идти.

Каково же было мое удивление, когда я только завернул за угол своего дома, как лоб в лоб столкнулся с Марком, то есть, простите, с Эм. Он как будто поджидал меня за этим углом и даже не потрудился сделать вид, что столкнулся со мной случайно, хотя бы из вежливости.

— Ник? Доброе утро!

«Да уж, звезда даже знает, как меня зовут, – кисло думаю я, – испортил мне все настроение своим появлением».

— И тебе доброе, Марк … Эм!

Этот пижон улыбается во все 32 зуба, смеяться вздумал надо мной? Вот бы дать ему сейчас правой! Нет, страшно, вдруг ответит?