Книга Мой идеал, страница 16 – Сандра Мартон, Кристин Григ

Хотя ему пока еще было непривычно спать одному, но ко всему в конце концов привыкаешь. Жаль, что у него не сохранились номера телефонов тех красоток, которые с ним знакомились! Ну ничего, после развода он не станет терять ни минуты! А Николь?

— Черт возьми! — Шарль Франсуа поморщился при одной только мысли, что его жена может быть вместе с другим мужчиной.

И тут он понял, что подъехал к дому, где Николь сняла квартиру.

Здание оказалось очень старым и обветшалым. Хотя мраморная лестница свидетельствовала о том, что оно знало и лучшие времена. Невероятная грязь повсюду и разбитые ступени создавали впечатление, что дом как бы застрял между прошлым и будущим. А будущее, философски размышлял Шарль Франсуа, заходя внутрь, неведомо никому.

Он остановился возле списка жильцов и стал читать их имена. Судя по фамилиям, тут как будто собрались люди со всего света. Николь Дюмон — квартира двадцать три.

— Что ж, это уже кое-что. По крайней мере, Николь пока оставила мою фамилию, — усмехнулся Шарль Франсуа и направился к лестнице.

В коридоре из квартир на него сразу повеяло разными запахами. И он вспомнил, что в их доме всегда пахло цветами — Николь заботилась об этом, покупая специальные ароматизаторы. Это вошло у нее в привычку, когда они еще жили в маленькой квартирке в Латинском квартале. В памяти тут же всплыло, как однажды он, вернувшись с работы, застал жену сидящей на кровати с корзиночкой в руках. Она перебирала какие-то лепестки. Он вопросительно посмотрел на нее, но, нагнувшись, почувствовал запах жасмина.

— Я и не знал, что жасмин так возбуждает! — улыбнулся Шарль Франсуа, поцеловав Николь.

Она засмеялась и назвала его глупыш. И была права, ведь запах тут был ни при чем. Затем он уложил ее на кровать, раскидывая вокруг сухие бледно-желтые соцветия. И они занимались любовью, вдыхая упоительный цветочный аромат.

Шарль Франсуа остановился перед квартирой двадцать три, не решаясь позвонить.

Что я здесь делаю? — недоумевал он.

За дверью играла музыка. Прислушавшись, он явно различил звуки скрипки и виолончели. Камерная музыка — так называла ее Николь. Эта музыка постоянно звучала в их доме. Надо будет найти пластинки, послушать их… Неожиданно Шар-ля Франсуа охватили ностальгические воспоминания.

Черт возьми! Что за глупые мысли? Ведь ему и не слишком-то нравилась эта музыка…

Вдруг дверь распахнулась, и он увидел Николь в джинсах и свитере. Она удивленно уставилась на него:

— Шарль Франсуа? Что ты здесь делаешь?

— Честно говоря, сам не знаю…

Николь пристально посмотрела на него и, не скрывая раздражения, пригласила войти. Он кивнул и прошел в небольшую прихожую. Освещение было тусклым, но Шарль Франсуа смог разглядеть выцветший линолеум на полу и ярко-розовые стены. Николь провела его в гостиную, которая была почти без мебели, и выключила проигрыватель.

— Итак, зачем ты пришел?

Шарль Франсуа выдавил улыбку и ответил:

— Просто проезжал мимо и решил заскочить.

— Мог бы позвонить.

— И ты бы меня пригласила?

— Нет.

— Вот видишь! — Шарль Франсуа усмехнулся. — Поэтому я и заехал без предупреждения. Свари-ка мне кофе и давай поговорим. Ведь я имею право знать, как у тебя обстоят дела?

— У меня только растворимый, — сказала Николь, пожав плечами, и вышла из комнаты.