Книга Верни мое сердце, Париж!, страница 25 – Дарья Ланская

Я вернулась в комнату и легла на кровать. Стоило мне только коснуться головой подушки, как ко мне моментально пришел сон. Завтра я снова смогу взлететь…

День тянулся невыносимо долго. Я не замечала ничего вокруг. Даже не помню, куда нас водили, что рассказывали и показывали. Мое внимание было сосредоточено на стрелках наручных часов. Четыре часа тридцать две минуты до встречи, два часа пять минут, час двадцать семь минут… Я считала минуты, каждая из которых, казалось, тянулась вечность.

После вчерашнего разговора в номере мы с Катькой больше не общались. В автобусе она села рядом с Ритой и даже не смотрела в мою сторону. Но меня это не задело. Наоборот, было лучше побыть одной наедине с мыслями.

Наконец, для всех объявили свободное время, а мы с Татьяной Ивановной вернулись в гостиницу. Она довела меня до номера, не проронив ни слова, а потом ушла. Удивительно, меня всегда волновало то, что подумают окружающие. Я хотела быть хорошей, правильной, а сейчас мне было все равно. Неважно, что думает Татьяна Ивановна, Катька, все ребята из нашей группы. Было только одно желание – увидеть перед отъездом Флорана еще хотя бы раз. Последний.

Через открытое окно с улицы доносился гул машин и шум ветра. Я знала, что мой художник придет. Еще никогда и ни в чем я не была так уверена. И когда услышала шорох на балконе, то сразу поняла, что это он.

— Привет! – радостно воскликнул Флоран, перелезая через перила.

— Как ты сюда забрался? – я подбежала к нему, чувствуя, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди.

— У тебя очень удачно расположен балкон, прям рядом с пожарной лестницей, - мой художник показал куда-то вниз, за перила.

— Ты сумасшедший, - я улыбалась сквозь слезы.

— И не скрываю этого! Все художники немного не в себе, - Флоран убрал с моей щеки слезинку. - Ты боишься высоты?

Я подняла на него глаза и сама смахнула набежавшие слезинки с лица. На его вопрос у меня уже был готов точный ответ:

— Теперь уже нет!

Если бы кто-нибудь еще месяц назад сказал, что буду спускаться с третьего этажа через балкон по пожарной лестнице, то я посмеялась бы над этим безумцем. Но сейчас  делала это. Причем так ловко, как будто занималась этим буквально каждый день. Флоран помог мне спрыгнуть на землю и усадил на мопед. Мы снова помчались по парижским улицам в уже такую родную для меня студию. Удивительно, но там я всегда чувствовала себя спокойно и уютно, была по-настоящему счастлива.

— Мне осталось совсем чуть-чуть! – бодро сказал мой художник, вставая за мольберт у себя в студии.

— Флоран, я завтра уезжаю… - на глаза навернулись слезы, которые жгли меня изнутри.

— Тссс… - Флоран подошел ко мне и приложил палец к моим губам. - Ангелы не плачут, помнишь?

— Помню… - кивнула и смахнула со щеки соленую слезинку.

Но это не помогло, вслед за ней отправились другие. И тогда Флоран коснулся губами моей щеки и начал собирать их. Тщательно, одну за другой.

— Зачем я встретила тебя? – шептала, прижавшись головой к его груди. - Лучше бы ты не заметил меня тогда!

— Мое сердце тебя заметило! Я не мог иначе, - ответил он, гладя меня по голове.

— Ты не должен был тогда подходить ко мне. Нам бы не было сейчас так больно! – из груди вырвался надрывный хрип.

— Но тогда нам бы и не было хорошо, - улыбнулся Флоран и взял мое лицо в свои руки. - Ты – самое лучшее, что случилось в моей жизни! Я бы не хотел себе другой судьбы!