Книга Злолушка. Или сестрицы – тоже люди, страница 76 – Кира Шеина

— Кира, не неси чушь. Я видела его три раза, как я могла влюбиться? Он просто… – Она замялась, – Он просто мне понравился. И он мне помогает. И ему сейчас нужна помощь, вот я и решила сделать доброе дело.

Ника глухо застонала сквозь зубы и вцепилась пальцами в волосы:

— Дожили, – бурчала она себе под нос, и уже громче, обращаясь к Лиле проговорила, – а ты хоть знаешь, подруга, чем эти добрые дела обычно заканчиваются? Ты вообще видела этого Марка? Хоть представляешь, что он может мутить там в своем клубе?

— Ника, прекрати, он не такой.

— Фу, как пошло, – скривилась Игнатьева. – Ты романов любовных перечитала? А вроде умн… Лиля! Лиля, стой, куда пошла?!

Но Синицкая не слушала подругу, удаляясь прочь по коридору. Одной рукой она держала сваливающийся с плеча рюкзак, а второй зло утирала слезы.

— Куда она? – Повернулась ко мне опешившая Игнатьева. – Что я такого сказала?

Удивление в ее глазах было искренним, девушка действительно не понимала, чем могла обидеть подругу.

— Много чего сказала, – покачала я головой.

Мне тоже не понравился взгляд Лили, когда она говорила о Марке, но дело было вовсе не в его репутации или дурацких догадках. Просто я помнила скандальную Лику, с которой, как я знаю, у Золотова все еще были отношения. Пусть фиктивные, но все же отношения. Однако Игнатьева сильно перегнула палку. Не помню, чтобы за три года дружбы Лиля хоть раз ссорилась с кем-то из нас или обижалась на наши не всегда уместные шутки. Честно говоря, поведение Синицкой обескуражило, хотя виноватой в этой ситуации точно была не она.

— Нет, вы умные такие, – разозлилась Ника, – да ты видела этого Марка? Бабник и мажор! И нашу Лилю! Да ее обидеть, как два пальца об асфальт!

— Вот ты только что ее и обидела, – тоже повысила голос я, уже не обращая внимания на откровенно наблюдающих за нами одногруппников.

Громкий голос непонятно с чего разозлившейся подруги уже раздражал. Вероника сейчас делала то, что случалось не раз с начала нашей дружбы и постоянно вызывало ссоры: девушка душила своей заботой, довольно грубо перегибая палку и совершенно искренне не понимая, почему нам от этой заботы так хочется сбежать. Чаще всего от Игнатьевой перепадало мне, а сейчас вот и Лиля попала под раздачу.

Ника поджала губы. Она явно хотела сказать что-то еще, но сдерживалась, из-за чего тяжело дышала, будто только что вернулась с физкультуры.

— Ты сейчас взорвешься, – ох, лучше бы появившийся рядом с нами Князев просто промолчал.

После его ехидных слов Игнатьева и правда стала похожа на готовую вот-вот сдетонировать бомбу. Девушка молча повернулась к шарахнувшемуся от нее парню, крепко сжала кулаки и сделала к нему несколько шагов. Мне показалось, что Денис едва удержался, чтобы не покрутить пальцем у виска и, от греха подальше, уйти в другой конец коридора. Я же была готова броситься разнимать друзей, если Ника вдруг соберется полезть в драку, но та решила все-таки не прибегать к рукоприкладству. По крайней мере, к серьезному. Она с силой оттолкнула парня ладонью с дороги и рявкнула ему прямо в лицо:

— Идите вы все к чертям!

После этого она истерично всхлипнула и пулей бросилась к лестнице, расталкивая на своем пути встречных людей. Денис проводил Нику ошарашенным взглядом и посмотрел на меня, наблюдающую за всем что происходит с не менее удивленным выражением лица, чем он сам.