Книга Приют искушений, страница 14 – Люси Кинг

— Я даже не знаю, что это значит, — раздраженно сказала Селена. — Ты еще большее разочарование, чем Лео, когда он сидел за этим же столом. Я никогда не думала, что ты тоже испортишь мне удовольствие. О, как я скучаю по твоему отцу!..

Критика Селены срикошетила от его брони, не оставив даже вмятины, но «как я скучаю по твоему отцу» — это уже перебор. Чернила еще не успели высохнуть на свидетельстве о браке, а Селена уже завела череду романов, которые почти не пыталась скрыть, но единственным человеком, к которому у нее были какие-то чувства, была она сама. Эдвард Стэнхоуп был так занят слиянием своей банковской империи с судоходной компанией, которую он приобрел после женитьбы, что закрывал глаза на скандальное поведение жены и ее расточительность. Видимо, именно этого ей и не хватало.

— Ты справишься.

— Я не знаю как. В следующий раз ты вышвырнешь меня из дома.

Зандер стиснул зубы и подавил желание сказать матери, чтобы она повзрослела, потому что такой подход никогда не срабатывал.

— Что-то еще? — спросил он вместо этого.

Например, мать могла бы поинтересоваться, как у него дела, поговорить о планах на Рождество. Узнать, есть ли у него какие-нибудь новости, которыми он может поделиться.

— Нет, — сказала Селена, элегантно поднимаясь со стула и перекидывая один конец палантина через плечо. — Я и так опаздываю на рейс, и я не думаю, что они задержат его ради меня. До Мальдив лететь одиннадцать часов. Это ужасно, даже в первом классе.

По привычке Зандер тоже встал и уже собирался подойти к двери, чтобы открыть ее и выпустить свою мать и ее вечное разочарование в нем, когда у него зазвонил телефон. Он взглянул на экран и, увидев, кто это, остановился как вкопанный.

— Извиняюсь, — пробормотал он, нахмурившись. — Мне нужно ответить. Давай сама.

С язвительным замечанием о хороших манерах мать покинула кабинет, но все, что сейчас интересовало Зандера, — это почему Миа позвонила ему, хотя молчала четыре дня. Может, она обдумала его предложение и пришла к выводу, что так будет лучше?

— Миа.

— Привет. Ты занят?

Всегда. В понедельник днем у него был назначен ряд встреч, и визит матери уже сбил ему график. Но что-то в голосе Миа обеспокоило его. Зандера охватила тревога.

— Не занят. Что случилось?

— У меня идет кровь, Зандер, и судороги. Мне больно, — произнесла Миа сдавленным голосом, словно сдерживала слезы. — Думаю, у меня может быть выкидыш…

Земля ушла у него из-под ног.

— Где ты?

— Еду в больницу, — сообщила она со всхлипом.

— Напиши адрес, — сказал Зандер, уже у лифта. — Приеду, как только смогу.

Миа вышла из больницы гораздо менее напуганной, чем когда вошла. Она никогда не испытывала такого страха и надеялась, что больше никогда не испытает.

Все произошло так внезапно. Только что она разделывала цыпленка, напевая что-то под радио, пытаясь не думать о высокомерной самонадеянности Зандера, отправившего по электронной почте запрос о ее свидетельстве о рождении, а в следующую секунду — режущая боль полоснула по животу, и влажное тепло просочилось между ног.

Миа выронила нож и согнулась пополам, схватившись за живот:

— Нет, нет, нет!

Дрожащими руками, с болью в груди, как будто у нее вырвали сердце, она позвонила врачу, который велел ей немедленно ехать в больницу, а затем — Зандеру. Когда он появился в больнице через десять минут после нее, Миа воспрянула духом. Она действительно не хотела проходить через все это в одиночку, его поддержка была очень важна для нее. Зандер ждал ее часов восемь, разговаривал с врачами, затем отвез в частную клинику, где ее немедленно осмотрели, и теперь она еще больше убедилась, что приняла правильное решение, обратившись к нему.