Книга Огненное сердце, страница 6 – Маделин Мартин

Внимание вновь привлекло письмо отца, которое Чарльз должен был прочитать по возвращении в Лондон. Оно было спешно написано герцогом перед смертью и найдено сжатым в кулаке покойного. От одного взгляда на лист бумаги у Чарльза в душе все переворачивалось. Он не был рядом с отцом в его последние минуты, не смог проститься и присутствовать на похоронах. Нет, в предсмертном послании герцог не сожалел о потерянном времени и не признавался в любви к сыну – единственному оставшемуся в живых ребенку. В нем было всего две строчки:

Найди дневник, используй трафарет как ключ к разгадке. Отыщи Кёр де Фю.

Огненное сердце. Разумеется. Предприятие по его поиску стало самой большой неудачей Чарльза.

Ключом должен был стать лист металла размером с книгу с двадцатью пятью вырезанными квадратами. В верхнем правом углу стоял знак Клуба путешественников как указатель направления для верного использования. Размер листа идеально подходил ко всем тетрадям с записями, которых у отца было немало, и у всех на обложке был золотой компас – эмблема Клуба путешественников. Он был основан несколько десятилетий назад герцогом Сомерсвиллем, графом Вестиксом и еще несколькими аристократами. Чарльз безуспешно примерял трафарет к различным дневникам и книгам, но не увидел ничего полезного, лишь бессмысленный набор букв. Он даже пытался менять их местами, составить слова, но из этого ничего не вышло.

— Ваша светлость, – внезапно послышалось издалека.

Чарльз положил руку на обложку одной из тетрадей, чтобы избежать прикосновения к отполированной поверхности стола – отец ненавидел, когда на мебели оставались отпечатки пальцев.

— Ваша светлость.

Возможно ли, что дневники, о которых говорил отец, хранятся не в его кабинете? Некоторые ведь были у Вестикса. Чарльз присутствовал при разделе документов и трофеев клуба пятнадцатью годами ранее и хорошо помнил негодование и возражения герцога.

— Милорд, – настойчивее повторил мужчина.

Чарльз наконец обернулся, услышав привычное обращение, и увидел в дверях своего камердинера Томаса с листком бумаги в руке.

— При всем уважении, ваша светлость, теперь вы ваша светлость.

Томас всегда был ему верным товарищем. Он путешествовал со своим хозяином по миру и никогда не жаловался, хотя условия порой были непростыми, а временами ужасными. Однако Томас всегда находил силы улыбнуться и отыскать для него котел горячей воды. Чарльз понимал, что камердинер не хотел проявить неуважение, лишь напомнить об изменившемся положении.

— Да, – кивнул новый герцог, – это правда.

За стенами замка прогремели раскаты грома. Томас недовольно взглянул в окно.

— Очевидно, что мисс Шарлотта в городе, сэр, она просит вас незамедлительно нанести визит. Ее служанка также велела передать вам это.

— Шарлотта? Лотти? – удивленно воскликнул Чарльз.

Томас вскинул бровь и протянул послание.

— Точно так, ваша светлость. Сдается, ей не терпится с вами поговорить.

Чарльз развернул листок и прочитал:

Не вздумай сказать нет, Чарльз.

Он невольно улыбнулся. В этом вся Лотти. Она умела настоять на своем, даже когда они были детьми. Кажется, они не виделись целую вечность с Шарлоттой Россингтон – дочерью викария из церкви, расположенной недалеко от поместья Сомерсвилл. Они росли вместе и питали друг к другу нежные платонические чувства.