Книга Огненное сердце, страница 14 – Маделин Мартин

Ничто не могло испортить Элеоноре прекрасный день в парке больше, чем неприятный разговор. А разговор с матерью всякий раз сводился к сетованиям и жалобам.

Лицо графини скрывали огромные поля белого капора. Впрочем, и не видя его, Элеонора чувствовала разочарование матери – резкий тон был лучшим тому доказательством.

— Так ты отказываешься идти туда сегодня вечером?

Возникло желание заткнуть уши, чтобы не слышать вновь и вновь надоедливые вопросы. Элеонора бросила взгляд на горничную Амелию, которая знала о договоренности и помогала ей надеть карнавальный наряд.

— Одного урока было достаточно, уверяю вас.

Элеонора переместилась чуть влево, чтобы матушка оставалась в тени. Прогулки благотворно влияли на пищеварение графини, но яркое солнце усиливало головную боль.

Графиня вздохнула, не скрывая огорчения, затем повернулась и посмотрела на дочь:

— Могу я узнать, что тебе не понравилось?

Элеонора выдержала паузу, дожидаясь, когда пройдет мимо женщина в кремовом платье, и ответила:

— Мне было… неловко. Она требовала, чтобы мы несколько раз репетировали знакомство с мужчиной.

Матушка, по-видимому, не была удивлена или шокирована сообщением о присутствии на уроке мужчины. Нет, от нее не дождаться понимания и поддержки.

— Значит, ты готова смириться с участью старой девы? – Графиня раскраснелась, раскрыла веер и принялась обмахиваться, чтобы унять жар, довольно часто охватывавший ее в последнее время. – Тебя не пугает нищенское положение, в котором мы неминуемо окажемся, если Леопольд заполучит то немногое, что осталось от нашего состояния?

Элеонора привыкла сдерживать эмоции и находила это вполне естественным, однако сейчас с удивлением отметила, что должна приложить усилия, чтобы не впасть в уныние при упоминании имени Леопольда.

— И все из-за любви?

— Любовь… – произнесла Элеонора отрешенно. Откровенно говоря, она никогда в нее не верила. – Вы сами говорили, что любовь – выдумка для глупцов.

Веер замер в руках графини.

— Ты должна непременно забыть обо всем, чему я тебя учила, иначе это принесет тебе только страдания и несчастья. – Она окинула взглядом тропинку за спиной дочери. – Кстати, о несчастьях…

Элеонора обернулась и увидела прогуливающуюся пару. Молодые люди склонили головы друг к другу и, улыбаясь, о чем-то беседовали. Она из сотен мужчин узнала бы его по волнистым каштановым волосам – Хью Ледси. Рядом его белокурая красавица-невеста – леди Алиса.

Сердце Элеоноры упало куда-то под ребра. Если любовь – удел глупцов, то эти двое, несомненно, из их числа. Укол зависти и ревности пронзил трепещущее сердце. Что же ей делать?

Солнечные лучи за спинами пары создавали золотой ореол, будто природе было недостаточно их счастливых лиц. При их приближении Элеонора замерла и принялась молиться, чтобы они прошли мимо, не утруждая себя приветствиями. День и так выдался неудачный, довольно с нее унижений.

«Пожалуйста, пройдите мимо. Не останавливайтесь», – твердила она про себя, видя, что влюбленные замедлили шаг.

Молитвы ее не были услышаны. Они остановились, леди Алиса одарила графиню и ее дочь самой очаровательной улыбкой. Вскоре рухнула надежда Элеоноры на то, что девушка позволит себе язвительный тон или неприятные высказывания, дав повод для открытого презрения и скорого завершения беседы.