Книга Черная карусель братьев Человековых, страница 101 – Лев Брусилов

Надо сказать, начальник сыскной ждал от губернатора именно такой реакции, поэтому встретил слова его превосходительства с пониманием. Сказанное действительно выходило за рамки привычного. Есть вещи, которые могут произойти, а есть вещи, которые произойти не могут. Например, небо не может упасть на землю, сколько ни старайся, сколько ни убеждай в обратном, что именно завтра, в таком-то часу, это произойдет, никто тебе не поверит.

Начальник сыскной свое дело сделал, предупредил его превосходительство и решил перейти к убийству полицмейстера.

— Итак, ваше превосходительство, зачем я, собственно, пришел?

— Да-да, Фома Фомич, – закивал Протопопов.

— До меня дошли слухи, что вы якобы решили отложить похороны Свища, так ли это или я получил неверные сведения?

Губернатор откинулся на спинку стула.

— Да, я принял такое решение. У меня на то, как вы понимаете, есть причина.

— Не хочу показаться невежливым, но что это за причина?

— Вдовы погибшего Свища нет в городе, она куда-то уехала, и ее не могут отыскать. Мне, конечно, это не совсем понятно, как это так, человек куда-то уехал и никто не знает куда. Но, с другой стороны, какое нам до этого дело? Да и причины могут быть уважительные. Поэтому я из соображений христианского сострадания решил повременить с похоронами, подождать, когда вдова найдется. Ведь может так статься, что она ни сном ни духом не знает о смерти мужа, потому и не торопится вернуться домой. А что, разве вы, Фома Фомич, поступили бы как-то иначе?

— Нет, я полностью разделяю ваши устремления и сам поступил бы так же, но… – начальник сыскной замолчал, намеренно делая паузу. Губернатор насторожился, ему было интересно, что прячется за этим «но», однако не торопился задавать вопросы, ждал, пока фон Шпинне сам все скажет. И начальник сыскной после непродолжительного молчания сказал:

— Дело в том, что вдова никуда не уезжала.

— Как? – спросил Петр Михайлович и непонимающе уставился на полковника. – А где она? Ее что, – глаза губернатора округлились, – тоже убили?

— Да нет! – успокаивающе поднял руки начальник сыскной. – Слава богу, жива и здорова.

— Тогда не понимаю, где она?

— Живет у себя дома, только почему-то прячется…

— А почему вы мне раньше об этом не сказали?

— Да я сам об этом узнал буквально накануне. Мне, как и прочим, даже в голову не могло прийти, что она в Татаяре, да еще у себя дома…

— Я не понимаю, почему вдова так себя ведет, – медленно проговорил губернатор. – Или она что… – он захлопал глазами, наморщил лоб. – Или она как-то причастна к смерти мужа?

Губернатор не сводил пристального взгляда с фон Шпинне, пытался по поведению начальника сыскной понять, насколько близок он к истине, задавая такой вопрос.

— Об этом пока рано говорить, но хочу добавить, что пропавшие после убийства полицмейстера кучер и электромеханик Суматохин тоже живут в доме вдовы…

— И тоже прячутся? – опередил губернатор Фому Фомича.

— Да, – кивнул начальник сыскной, – тоже прячутся.

— Я, знаете ли… – его превосходительство, глядя перед собой, потер нижнюю губу, – не хочу ничего плохого сказать о вдове, я ее толком-то и не знаю, но выглядит это все, скажу честно, нехорошо, даже очень нехорошо. Мужа убили, а жена, вместо того чтобы носить траур да обивать пороги полиции и жандармерии с единственным вопросом, прячется…