Книга Княжна Таари. Маг, страница 56 – Велл Матрикс

— Хорошо, — он кивнул и словно бы замялся: — Я должен признаться, что не очень представляю, как пишут учебники.

Невольно я хохотнула:

— И ты говоришь об этом только сейчас? Никко, не переживай, я об этом как бы догадывалась. Я же не требую от тебя научной работы. Напишешь пособие, как для себя — что бы тебе помогло справиться со становлением в качестве мага. Можешь посмотреть в нашей библиотеке, что представляют собой учебники, чтобы наметить для себя его структуру. Пиши, пробуй, по времени у тебя ограничения нет.

— Но сначала — артефакт?

— Но сначала — артефакт, — кивнула я.

— Мне понадобятся материалы, — заявил он.

— Разрешения у тебя на руках, — напомнила я и, достав из ящика секретера кошель с деньгами, подвинула его в сторону мага. — Что останется, вернешь. Не хватит — скажешь.

Деньги остались после нашего шопинга, и я не стала относить их казначею. Вот и пригодились.

Никко помедлил, прежде чем взять кошель.

— Вычтешь из моего жалования? — уточнил он.

— Нет. Включу в оплату заказа, — я хмыкнула.

— Оплату?

— Маги ведь не делают артефакты бесплатно?

— Но я — твой маг.

— И это не значит, что ты должен работать на меня бесплатно, — я посмотрела на него с укором. — Иди. Жду результата.

Никко выразительно вздохнул и ушел, напоследок отвесив мне поклон.

Не забыть бы отправить ему ужин. Хотя про этого парня не забудешь, при всем желании.

Время до ужина прошло продуктивно, а потом меня ждал неприятный сюрприз.

Я рассчитывала порасспрашивать папеньку о бомбах и результатах первых допросов барона Хегенна. Допускала я и то, что бомбы окажутся обманом, поэтому появления папеньки за ужином ждала с нетерпением.

Хмурый вид его сиятельства заставил меня предположить плохое.

— Никко нас обманул? — спросила я встревоженно.

— Что? — вынырнул из своих дум папенька. — Нет. На складе действительно оказались бомбы. Мы их уже вывезли из города, но на обезвреживание уйдет еще какое-то время.

— И как это объяснил барон Хегенн? — я подумала, что беспокоился папенька из-за все еще заряженных бомб.

— Никак. Он умер, — огорошил меня князь.

— В смысле? — опешила я.

— На нем оказалось какое-то заклятие, которое убило его, едва я задал вопрос о бомбах.

— И кто его заклял?

— Не твой маг. Кто-то еще.

— Он не успел сказать, кто заказал ему взрыв в Венете? — на положительный ответ я не рассчитывала.

— Почему ты думаешь, что это была не его задумка?

— Потому что вряд ли он бы решился на самоубийство. Будь это его инициатива, зачем ему умирать? А вот заказчик мог озаботиться защитой своего имени.

Только непонятно, почему это заклинание не сработало, когда мы с Никко его допрашивали. С другой стороны, поэтому барон и пытался сопротивляться заклинанию правды — боялся умереть.

И это значит, что имя графа Оганийского осталось папеньке неизвестным. А я — по-прежнему в опасности, как и князь, и Венета, ведь вряд ли граф откажется от своего плана только потому, что исполнитель умер.

Но если я назову это имя, поверит ли мне его сиятельство? Дело ведь даже не в том, что мне придется признаться в ночном побеге. Хотя это вызовет проблемы не только у меня, но и у Никко, и у стражи, чего мне бы совсем не хотелось.

Вот только его сиятельство может решить, что я все выдумала или что меня саму обманули. И отмахнется от этой информации. Имею ли я право утаивать это? Или лучше не вмешиваться?