Книга Княжна Таари. Маг, страница 45 – Велл Матрикс

— А маги разве не люди? — покосилась я на него.

— Ты странная, — вместо ответа заявил он.

— Это потому, что я умерла, — я улыбнулась. — Любой бы стал странным, очнувшись в склепе и ничего не зная о себе.

— А ты… — изумился Никко. — Ты что, только в склепе в себя пришла?

— Да, — я подумала, что не стоит развивать тему.

Никко видел мою смерть, и он наверняка знает, каким артефактом убили Тиану. А значит, может задаться вопросом, почему она выжила. И со своими способностями он ведь может выяснить правду. При этом гарантий, что он сохранит мою тайну, у меня нет.

Не возьмусь даже гадать, как поступит этот наглец, вызнав столь серьезную информацию. Но мне спокойствия точно не будет.

— Ничего не зная о себе, но зная какие-то необычные слова? — Никко тему менять не хотел.

— Какие необычные слова? — притворилась я наивной.

— Например — шовинистичненько. Что это вообще значит? — память мага оказалась что надо.

Запомнил, вот ведь!

— Оскорбительно, — нашлась я. — Это значит — оскорбительно.

— А зачем придумывать для этого целое новое слово?

— Чтобы было, — я закатила глаза.

— Для чего? — не отставал Никко.

Какой настойчивый. Даже настырный.

— Чтоб ты спросил! — раздраженно всплеснула я руками.

— Какая честь, — съязвил он.

— Дерзишь, — отметила я и, прежде чем он успел возразить, улыбнулась: — Значит, пришел в себя.

Маг опешил, даже с шага сбился:

— Что? Так весь этот разговор?..

— Чтобы отвлечь тебя от встречи с бароном. Я заметила, что она нелегко тебе далась.

— Как? Ты же еще ребенок. Капризная, избалованная — тебе вообще не положено замечать окружающих!

— Не положено — не ешь, — философски ответила я, окончательно сбивая парня с толку.

Наверное, именно поэтому он вдруг заговорил:

— Всю сознательную жизнь я принадлежал барону Хегенну. Он всегда был жесток. И очень изобретателен в наказаниях. Иногда — очень редко — можно было избежать наказания, вымолив прощение. Даже если не был ни в чем виноват. К тому дню, как я получил доступ к собственной магии, я уже знал, чем чревато неповиновение. Как и то, что если убью его, то умру сам. А я… не хотел умирать. И я не знал, как иначе. Понимал, что барон толкает меня к гибели, но надеялся протянуть как можно дольше, — он с горечью усмехнулся: — Я так хотел жить, что даже решился на предательство.

— Нельзя предать того, кто не заслуживает верности, — пожала я плечами. — Теперь он ничего не может с тобой сделать. А если попробует — ты всегда сможешь сопротивляться. Для этого даже не обязательно его убивать.

— Да… ты права. Я победил, верно? Мне удалось выжить.

— Ты победил, — согласилась я, взглянув на него.

Никко вздернул подбородок, и его губы дрогнули, словно в сдерживаемой улыбке. Наверное, только сейчас он действительно это осознал. Я порадовалась за парня. Возможно, тень барона со временем перестанет отравлять ему жизнь.

— Так…, а что с этим графом? — вернулась я к насущному. — Сирав…

— Сирав Климиер, граф Оганийский, — Никко с благодарностью ухватился за возможность сменить тему. — Он — давний партнер барона, хотя их владения не граничат. Правда, меня никогда не посвящали в их дела. Но я знал, что барон выполнял поручения Климиера, и они не всегда были законными.

— Этот граф, он что — выше барона по положению? — я поняла, что ничего не знаю о местной сословной системе.