Книга Срочно ищу жену. Обращаться к некроманту, страница 32 – Татьяна Новикова

Следующие несколько дней прошли в разборе версий.

Арсений методично допрашивал каждого поставщика (разумеется, не лично — у него имелись подчиненные для черновой работы), и к концу недели на стол легли отчеты.

— Рей, — зачитал муж, просматривая бумаги, — имеет безупречную репутацию. Поставщик двадцати лавок. Ни одной жалобы. Братья Лист в деньгах не нуждаются, недавно получили крупное наследство по отцовской линии. За вдовой Клюм следят после того, как ее покойный муж пытался продать краденые змеиные зубы, но с тех пор она чиста.

— Значит, они точно невиновны? — Я не знала, радоваться или огорчаться.

— Пока мы определили только то, что им вроде бы незачем тебя подставлять. — Арсений сложил отчеты стопкой. — Однако никого нельзя исключать наверняка.

— А что насчет клиентов?

— Та же история. Опросы ничего не дали.

Арсений показал мне отчеты по постоянным клиентам. Ничего особенного там действительно не было. Ну, оно и неудивительно. Кто ж в разговоре с представителем Управления признается, что пытался подставить торговку?

— Антон Лют, — произнесла я, читая последнее имя в списке. — Хм

Арсений чуть склонил голову, ожидая продолжения. А у меня перед глазами вспыхнула картинка, которая до этого была закопана в памяти, но теперь попросилась наружу.

— Однажды он стоял у стойки, пока я вписывала в журнал данные по ингредиентам. Я готовила грудной сбор, а зверобой кончился. Я отошла ненадолго. Он остался в лавке. Минут на пять, не больше.

В памяти всплыло, как Антон Лют стоял у стола, чуть склонив голову, пока я рылась в коробке с сушеными травами. Как улыбнулся, когда я вернулась. Как сказал, что в моей лавке пахнет спокойствием, и я почему-то порадовалась этому глупому комплименту.

— Один? — переспросил Арсений.

— Угу. Но он не похож на преступника, — вырвалось у меня.

Арсений поднял бровь.

— А как он, по-твоему, должен выглядеть? Носить табличку на шее: «Варю запрещенку и подкидываю ее зельеваркам»?

Я вспыхнула.

— Я не говорю, что он невиновен! Просто он был добр ко мне. Всегда справлялся о делах. Я не хочу верить, что

— Что тебя предал кто-то, кому ты делала скидку и беспокоилась о его дочери?

В горле застрял ком. Я хотела ответить резкостью, но поняла: Арсений прав. Толку с ним спорить, если так и есть.

— Я дополнительно проверю его, — сказал Арсений мягче. — Если он действительно просто клиент — тем лучше. Если нет

Он не договорил. Я хмыкнула, скрещивая руки на груди:

— По-моему, ты не закончил предложение. Ну же, не стесняйся.

Арсений прищурился. В уголках его губ заиграло то самое недоброе подобие улыбки, которое я успела изучить за несколько дней.

— А что ты хочешь от меня услышать? Заверения, что всё будет хорошо?

— Было бы неплохо.

— Как же ты наивна, Мира, — он вздохнул. — Но так и быть, всё будет хорошо. Могу раздобыть где-нибудь розовый бант и надеть его, пока буду тебя подбадривать. Ну, для полного погружения в образ утешителя.

— Тебе не пойдет розовый бант. Ты же консервативен в одежде.

— Вот, видишь, ради тебя я даже готов меняться. Ты творишь удивительные вещи, Мирослава Вирнгольд.

Я рассмеялась от того, насколько всё это звучало нелепо. И между тем, мы препирались не первый раз, и получалось вполне живенько. Арсений не раздражал меня, скорее подстегивал. Мне хотелось с ним спорить до хрипоты, отстаивая свое мнение.