Книга Синь-камень: лекарство от одиночества, страница 83 – Татьяна Снежко

Кто знает, ведь это может быть правдой. Одним местным богам известно, кто из нас жив, а кто уже мертв. Очевидно лишь одно: мы оба желаем перемен. Как же сильно я хочу изменить свою жизнь! Хочу любить в каждом из этих миров! Я устала держать под контролем свои чувства. Неужели, чтобы изменить жизнь, нам нужно умереть и родиться снова? Умереть? На секунду представила, что в другой моей жизни я не встречу Алиссандра, и жуткая тоска сдавила все внутри сильнее, чем смертельные ленты мумии.

— Василиса! Вставай уж! – услышала я тихий знакомый голос. – Василиса Прекрасная!

Алиссандр! Как же приятно снова его слышать. Я мгновенно открыла глаза. Леший в ужасе смотрел на меня, по-прежнему лежащую на нем.

— Ты мумия? – спросил он.

— Я Василиса. А ты кто?

— А я Иван.

— Василиса, вставай уже! – Алиссандр обхватил меня за талию и поставил на ноги.

Я виновато посмотрела в его серые глаза. Клянусь, ничего такого преступного не сделала. Ну да, полежала на чужом мужике. Но это только для того, чтобы спасти его от собственного страха и помочь разобраться с мумией. Волхв ничего не сказал. Как же мне хотелось, чтобы он прямо сейчас взял и обнял меня! И пусть я не настоящая его веста, если честно, я и сама не знала, в каких мы отношениях. Подумаешь, целовались разик. Это еще не повод замуж выходить. Хотя, может… Мысль рассеялась, так и не сформировавшись.

И тут он меня обнял.

— Ты сильно испугалась? – тихо спросил Лис.

— Совсем не испугалась, – сказала я и уткнулась носом ему в грудь, туда, где сердце.

Какое счастье быть живой, настоящей! Не знаю, как другие, но я жива, слава всем местным богам.

— Я подумала, что ты обиделся, – прошептала я. Хотя если бы он обиделся, это был бы не тот Алиссандр, которого я знаю. Волхв был выше всего этого – но мне так захотелось побыть девочкой-девочкой.

— Мужчины не обижаются, – погладил меня по голове Лис. – Ждут, когда вы успокоитесь, и продолжают любить.

Божечки-кошечки! Как мило, я просто таю! Теперь мне кажется, что я умерла и это девчоночий рай. И я выиграла главный приз. Охи-охи! Какие же бредовые мысли мелькают у меня в голове прямо сейчас.

— Ванечка, ты снова живой, слава богу! – причитала Анфиса, ощупывая Лешего. – Нигде не болит? Эта кикимора ничего тебе не поломала?

Я искоса посмотрела на девушку. Кикимора – это я или мумия? Выяснять желания не было.

Алиссандр слегка отстранил меня. Я едва не вцепилась в его плащ. Все? Так мало? Не хочу, не хочу! Не отпускай меня! Хочу так стоять вечно. Хочу обнимашек, тепла и вдыхать аромат хвои вперемешку с лавандой. И пусть я веду себя как избалованный ребенок, – да, я голодный ребенок, которому дали вкусняшку и тут же ее отобрали. Ах, Ярило, как мне не хватало этого солнечного мужского тепла! Я как будто все это время жила на Северном полюсе, а теперь оказалась на жарком юге.

Волхв наклонился и подал руку Ивану, помогая встать. Тот поднялся с большим трудом, опираясь на плечи Анфисы, сделал пару неуверенных шагов, но пошатнулся и чуть не упал. Лис помог Ивану сесть в инвалидную коляску. Выходит, он до сих пор нездоров, а возможно, и смертельно болен… Но как он тогда так умело убегал и уворачивался от мумии, как настоящий спортсмен? Непонятно.

— Я буду наблюдать за тобой, – сказал Леший, подозрительно сощурив глаза. Звучит как угроза.