Книга Барыня Друидка 3, страница 51 – Елена Шатилова

— Это я и без вас знаю, — Лев Яковлевич начал психовать. — Мне нужно развитие с точки, когда уже умеешь владеть даром, существует два других, но развитие их слабое… Вот, — мужчина протянул ладонь, на которой заплясал огонёк. — Почти пятнадцать лет, — пламя выросло сантиметров до десяти. — Нет возможности использовать потенциал основного дара, там словно стена. Со вторым результат ещё хуже, — граф запыхтел от злости. — И тут я вижу, что есть возможность слить дары. Да, интерес у меня сугубо личный, все мы эгоисты, но если у вас получится придумать способ объяснить…

— Снятие блокировок — это, скорее всего, к Разуму, а не Управителю. Под гипнозом доказать, что нет границ. А молодых магов воспитывать как положено, — я улыбнулась, мол, это же просто.

— Во-первых, использование моего дара строго регламентировано, я не могу ковыряться в мозгах по своему желанию, — я скептически хмыкнула, Лев Яковлевич продолжил. — Во-вторых, даже если поставить такую обработку на поток, это повлечёт за собой повальное вредительство. Представьте, что можно сделать под подобную процедуру?

— К сожалению, я пока не испорчена пагубным влиянием общества, мне цветочки и курочки милее, — на мои слова граф рассмеялся. — Я вас поняла, но обещать ничего не могу. Может, если вы расскажете о своих ожиданиях… Допустим, что вы хотите от огня? Что бы он прыгал по приказу или сохранял форму? Или может читать эмоции по температуре тела, либо видеть тепловой след человека через стену? — в голову полезли аналогии из игрушек. Но когда я увидела реакцию Льва Яковлевича, то поняла, насколько всё запущено. Он об этом даже не думал, сидел к глубоко удивлёнными круглыми глазами. — И как вы собрались сливать дары, если даже не знаете чего хотите? — я реально походила на училку, вдалбливающую истины тупому ученику. Так и хотелось постучать ему по лбу со словами: думай, думай! — Просчитайте вероятные исходы, сочетания даров, потом уже можно и обдумывать дальнейшие шаги.

— Простите, я, наверное, уже старею, — граф потёр виски. — Самое прискорбное в том, что такие мысли ни у кого не проскальзывали. Зациклились на общем резервуаре. Хотя рассуждения по поводу одновременного использования велись. Вот я, например, хотел иметь возможность ментально удерживать противника и при этом атаковать огнём, но чтобы вот так тонко… Это будет сложно, — он горестно вздохнул и покачал головой. — Одно скажу, Екатерина Фёдоровна, мы сами ничего толкового не придумаем. У нас глаза зашорены, а молодёжь к этому привлекать нельзя. Нужен контроль, который мы не сможем обеспечить, потому что не имеем возможности просчитать риски.

Хотела уже задать очередной вопрос по поводу: а не боитесь ли вы, уважаемый Губернский прокурор, что таким вовлечением только усилите меня и взращиваете комплекс бога? Но сказала другое, да ещё с кислой миной:

— Хорошо, я постараюсь придумать что-нибудь, но вы тоже думайте.

— Конечно, Екатерина Фёдоровна, конечно, — граф встал. — Поеду я. Простите, что доставил вам столько волнения.

Проводила гостя, загрузив его гостинцами, и осталась подышать вечерним прохладным воздухом.

Цветочки с клубничкой хотела выращивать? Ну-ну, — вздохнула и посмотрела в небо. — Слишком круто всё закручивается. Но молодёжь я всё же подключу, — улыбнулась, вспомнив хитрые глаза Ярослава. — Сделаю из него супер-мага. Не осознавая этого, Лев Яковлевич показал мне путь.