Книга Барыня Друидка 3, страница 108 – Елена Шатилова

— Сударыня, о какой конкуренции речь⁈ Вы не знаете, какой объём птицы приходится забивать! У нас выкупают продукцию уже на стадии цыплят!

— Знакомо, я уже продала на стадии инкубатора, — я улыбнулась.

— Я готов заплатить любую назначенную цену.

— Признаюсь, я обдумывала вариант по распространению своих кур в следующем году, когда мои деревенские хозяйства поднимутся. Я вам расскажу условия, а вы решайте приемлемые они или нет.

Всеволод Егорович подался вперёд и, вытерев лоб платком, приготовился слушать.

— Я вам дам не кур, а обработанные яйца, столько, сколько необходимо для разведения, хоть тысячу, — я улыбнулась. — И на начальной стадии это вам ничего стоить не будет, нулевые риски, — мужчина даже не улыбнулся, наоборот, сощурился, понимает, что слишком мягко стелю. — Но, мы подпишем договор или соглашении, я пока глубоко не вникала в это дело. Так вот, по нему вы обязуетесь отчислять мне один процент от всего дохода с моих кур, будь то ваши хозяйства или дочерние, если вы продаёте племенных кур, то подписываете с покупателями договор об обязательствах соблюдать эти же условия.

Барон подвис, смотря вниз, видно, не понимая, что я хочу или попросту подсчитывая суммы. Потом поднял на меня круглые глаза.

— Но позвольте! Вы предоставляете мне яйца, а я потом всю жизнь вам делаю отчисления?

Я самодовольно улыбнулась.

— Хорошо, давайте посчитаем, — решила прояснить детали. — Мои куры вылупляются на неделю раньше. Набирают вес за месяц-полтора, тут уже от вкуса потребителя зависит. Обычная курица нагуливает приемлемый для продажи вес минимум за четыре-пять месяцев. А теперь к самой сути. Вес моих кур — не меньше полутора-двух килограммов, можно и больше разогнать. И мясо настолько нежное, что даже беззубые старухи справятся, а о вкусе можете жителей Петровска спросить, да и мои деревенские подтвердят. И ещё, я вам даю полный карт-бланш по этому делу и обещание не подписывать договор ни с кем целый год.

— Но как вы проследите за распространением кур? Ведь я не могу исключить воровство на своих фабриках. И когда они появятся у конкурентов, претензии будут ко мне, — задал целесообразный вопрос.

— Это сложный вопрос, но у меня есть способ сделать особую метку именно на ваших курах, которая будет передаваться по наследству. Вот что вы хотите, чёрный хохолок или красный хвост? — я улыбнулась.

Барон резко побледнел настолько сильно, что я испугалась. Видно, шок накопился. Я подскочила и, налив стакан воды, подала ему. Он выпил и уставился на меня чуть оплывшими глазами.

— Всё хорошо? — я забеспокоилась.

Всеволод Егорович, очень медленно отёр лицо и посмотрел куда-то вдаль.

— Может, выйдем на улицу? Вам не помешает свежий воздух, — предложила я. Мужчина кивнул и стал подниматься.

Позвала Гришку, он помог вывести гостя на улицу, усадили на скамью. На свежем воздухе барон начал приходить в себя, и способствовали этому мои «павлины». Он начал следить за плавной походкой декоративных кур, цвет лица начал нормализоваться, и даже улыбка стала блуждать на губах.

— Ох, и красивые! Вот как таких на убой? — высказался мужчина.

— Я хочу попробовать хвост сделать ещё длиннее. — поддержала тему. — Жаль, что с голосом ничего не сделаешь.

Неожиданно Всеволод Егорович рассмеялся, видно шутка очень понятная.