Книга Жена дракона. Ты не поверил мне дважды!, страница 155 – Кристина Юраш

— Итак, — продолжил герцог, раскрывая кожаную папку с документами, которые он держал под мышкой. — Ремонт начнётся на этой неделе.

Доктор снова посмотрел на потолок. С него, словно в подтверждение слов, оторвалась и с тихим шлепком упала на стол маленькая крошка штукатурки.

— Если честно, милорд, — вздохнул Райнер, — проще сжечь это здание и построить новую больницу. Этому сараю больше двухсот лет. Он держится на честном слове и плесени.

— Я тоже так подумал, — спокойно согласился Ильмаар. Он закрыл папку с тихим, окончательным щелчком. — Новую больницу строим на пустыре рядом. Старое здание снесём, как только будет достроено новое.

Доктор несколько секунд молчал, переваривая масштаб сказанного. Потом медленно, с каким-то новым, почтительным уважением произнёс:

— Похоже, вы действительно серьёзно настроены.

— Более чем, — отрезал герцог. — Считайте это моей благодарностью. За неё.

Он кивнул мне, словно передавая эстафету, и вышел в коридор, где его уже ждали архитекторы и управляющие. Его шаги удалились, оставив после себя лишь лёгкий шлейф запаха озона и спокойной, непоколебимой силы.

Я осталась с доктором наедине.

Он долго, пристально смотрел на меня. Не как на благодетельницу. Не как на герцогиню. А как на ту самую сломленную девушку, которую он когда-то вытаскивал с того света. Потом он покачал головой, и в этом жесте было столько усталой, отеческой теплоты.

— Боюсь спросить, как вам удалось стать герцогиней, Ливия. Или мне лучше не знать?

— Я же говорила вам, — мягко напомнила я.

Он обречённо закатил глаза к потолку.

— Нет. Пожалуйста, не надо.

— Я не Ливия Коллет. Я Эрисалия Гарзар.

— Начинается, — вздохнул он, но в его тоне уже не было прежнего раздражения.

— Вы верите в переселение душ, доктор?

Райнер устало прикрыл лицо ладонью, растирая переносицу.

— Нет. Я врач. Я верю в анатомию, в яды, в лихорадки и в переломы. В сказки я перестал верить лет тридцать назад.

— Я тоже раньше не верила, — честно призналась я. — Я смеялась над такими историями.

— А теперь верите?

— Теперь приходится, — тихо ответила я, проводя пальцем по шершавой поверхности его стола. — Иногда реальность оказывается страннее любого вымысла.

Он некоторое время смотрел на меня, изучая каждую черточку моего нового, но такого знакомого ему лица. Потом тяжело вздохнул, и его плечи наконец-то расслабились.

— Вы точно сумасшедшая, госпожа герцогиня.

— Однако в лечебницу для умалишенных вы меня не отправили, — парировала я с лёгкой улыбкой.

— Мог, — буркнул он, но глаза его смеялись. — Но не отправил.

— Почему?

Доктор усмехнулся, и эта улыбка сделала его лицо моложе на десять лет.

— Потому что за годы работы в этом Богом забытом месте я понял одну простую вещь. Иногда самые сумасшедшие, невозможные истории оказываются единственной правдой, которая у нас есть.

Я рассмеялась. Впервые за очень долгое время — легко, свободно, без тени горечи или боли. Этот звук наполнил убогий кабинет светом, которого здесь не было годами.

Доктор поднялся, отряхивая фартук.

— Ладно. Пойду искать расчётные книги. У нас тут, как видите, ничего не пропадает, кроме штукатурки. Нам предстоит много работы.

Он уже направился к двери, когда я окликнула его:

— Доктор.

Он обернулся, положив руку на дверную ручку.