Книга Развод со злым ёкаем, страница 96 – Кира Иствуд, Хэля Хармон

Села за столик под открытым небом, Мортас сел со мной рядом — мы присоединились к трапезе родителей.

— Я намереваюсь снова жениться на Рейне… — начал мой муж, — наша первая церемония прошла не… не по человеческому обычаю. И не было важных для Рейны гостей.

Папа коротко нахмурился. Знаю, он привержен традиций и собирался выдать нечто вроде: «кто же женится два раза подряд? Так не принято!». Но мама решительно положила ладонь на отцовское запястье и одарила папу такой улыбкой, что он весь расцвёл и, кажется, забыл, чему там надо возражать.

Я бы и вдвоём с Мортасом отпраздновала свадьбу, и этого было бы достаточно, ну разве что ещё хотела праздничного ужина с семьёй, но…

Но Мортас настоял, что я заслужила большое торжество. И завертелась подготовка.

Рейна

три месяца спустя

Осень была прекрасна, деревья пестрили дивными красками. Воздух стал прохладен. А наш с Мортасом лесной домик сделался ещё уютнее, чем прежде. За последние три месяца мы успели его хорошо обжить и привести в порядок.

На сегодняшний день мы назначили свадьбу — можно было и затянуть подготовку, но у меня тогда будет такой явный беременный животик, что свадебное кимоно будет смотреться странно на такой невесте.

Минувшей ночью, ровно накануне нашей с Мортасом свадьбы моя лошадка они-ума Страсть родила жеребёнка — белого-белого, только его грива горела огнём, как иногда у самой Страсти, но таким каким-то синеватым и прохладным.

— Доброе знамение, — утишал меня Мортас посреди ночи, когда я забеспокоилась, о том, что лошади носят беременности куда дольше. — Они-ума — непростая лошадь, да и… соучастник непрост. Не знаю, куда смотрели Небожители и как жеребец сбежал из их конюшен, но, Рейна, — жеребёнок у нас очень особенный. Скорее всего, в мире таких больше нет. Они-умы и небесные скакуны обычно друг друга не переносят. Даже не знаю, как подобное произошло…

Я смотрела на мужа и улыбалась. Я бы ему прояснила: произошло ровно то, что с нами! Лошадки решили не соблюдать традиции верхнего и нижнего мира, а учредить свои собственные. И в нашем доме такие звери, разумеется, будут благосклонно приняты.

За лето мы с мужем расстроили до приличных размеров старенький домик в лесу, да и конюшня теперь позволяла содержать лошадиное семейство.

И отпраздновать планировалось именно в нашем лесном доме. Всё здесь теперь смотрелось очень достойно — и сам дом, и конюшня, и бани… и стоячая вода за баней обратилась озерцом с прозрачной водой — именно туда повадился ходить приблудившийся к нам конь-беглец Небожителей, с которым у Страсти — моей они-умы завязался бурный роман. Что он там такое постоянно искал в зарослях у воды — мне было неизвестно.

Наутро погладив маленького белоснежного жеребёнка по бархатистому носику и, оставив счастливую лошадку Страсть, я отдалась в заботливые руки мамы, которой не терпелось соорудить мне правильную праздничную причёску и посмотреть, как будет выглядеть подаренное Мортасом свадебное кимоно.

Я немного не выспалась, но была так взбудоражена, что, казалось, силы кипели во мне. За пару часов мама привела меня в порядок — и вот я облачилась в богатое, расшитое золотым орнаментом алое кимоно с диковинными кружевными вставками — точно они из живого пламени. В красивой причёске поблёскивал гребень с белым цветком. Наконец, я вышла к гостям.