Книга Развод со злым ёкаем, страница 57 – Кира Иствуд, Хэля Хармон

В тот же миг дверь с лёгким шорохом отъехала в сторону.

На пороге застыла Рейна — моя жена… Моя добыча. В нежно-абрикосовом кимоно, с выбившейся прядью у виска, с пятнышком рисовой муки у сочных губ.

Запыхавшаяся, с круглыми от испуга глазами. Глядя на её такое наивное открытое лицо, я ощутил разрастающийся внутри голод.

— Мортас…

Произнося это неприемлемое сокращение от моего имени, ведьма походила на неразумную птичку, что заглядывает в распахнутую пасть питона. Дразнит. Думает, успеет упорхнуть, безнаказанной. Какая наивная птичка.

— Мортас, что случилось? Ты в порядке?

Я медленно сел на футоне, не сводя с неё глаз. Тонкая простыня упала к бёдрам, и взгляд Рейны скользнул по моему обнажённому торсу. Её щёки вспыхнули.

Я уже представлял, как она узнает правду — и отпрыгает в ужасе. Как я заставлю её кричать от боли и умолять о прощении за своё невежество. Но прежде — погляжу, насколько далеко может зайти её глупость.

— Мортас, что с тобой? — голос человечки дрожал от искреннего беспокойства.

Она подошла, и я уловил новый запах — мука, бобовая паста и этот её собственный аромат. Что интересно, я совсем не чую привычного людскому роду страха — я знал все его оттенки — от тихого-раболепного до дикого-звериного. Но эта смертная ни капли не боялась. Она и правда была уверена в своей заклятии. Не подозревала, что я вернул память, даже мысли такой не допускал. И это неведение на её лице было настолько сладким, что я едва сдержал смех.

Расправиться с ней будет особенно приятно.

— Жена моя, — произнёс я чуть хрипловатым со сна голосом. А про себя я усмехнулся. Что ж, называть эту человечку «женой» было по-своему забавно. — Мне приснился дурной сон. Я неудачно повернулся и задел хвостом столб.

— Ох… как же так, — взволнованно пробормотала она, а потом вдруг сделала невероятное: опустилась коленями на футон, потянулась к моему хвосту, взяла его в свои маленькие ладони и бережно погладила. — Хвостик не ушибся?

От такой наглости даже я — высший ёкай тьмы — замер.

… Ведьма посмела трогать мой хвост!

И как она его назвала… «хвостик?»

Мой хвост — оружие, что унесло жизни многих — этого не стерпит. Может раньше, когда памяти не было — подобное работало. Но сейчас ситуация изменилась, и глупая смертная вот-вот лишится руки.

И вот мой хвост уже шевельнулся, чтобы наказать Рейну… а потом вдруг осторожно накрутился на её запястье и защёлкал кончиками. Но не чтобы отрезать пальцы… А будто бы ласково. Человечка погладила его — словно это какой-то домашний кролик, а не смертельно опасная часть ёкая.

Происходило нечто совершенно невозможное.

Как ведьма этого добилась? Какое колдовство применила? Что за таинственную магию она вплела в свои прикосновения? Какие бы хитрости она не применяла — это не спасёт её от жестокой участи. Однако… это повод понаблюдать.

— Ранок вроде нет… — задумчиво произнесла Рейна, всё ещё поглаживая мой хвост.

— Мой хвост не так-то легко повредить, вед… Рейна, — раздражённо заявил я и перехватил вторую руку наглой ведьмы, которой она меня наглаживала. Мои пальцы сжались на её тонком запястье, и я намеренно сжал чуть сильнее, чем следовало.

Она должна, наконец, понять, что творит неподобающее. Реальность всё ещё такова, что опаснее высшего ёкая существа не сыскать. Хоть с памятью хоть без! Может, она по скудоумию забыла, с кем имеет дело?