Онлайн книга «Развод со злым ёкаем»
|
— Значит, здесь мы жили, Рейна… — ёкай недоверчиво окинул жилище взглядом, будто не мог понять, каким образом великий-и-могучий-он мог тут жить, — …бедненько. Домишко ветхий… — Эм… Ну вообще-то не так тут и плохо! Просто да… немного заброшено. Но ёкаю, кажется, не требовался мой ответ на его рассуждения. Мортас деловито срезал хвостом пучок высокой травы, который мешал пробраться к выложенной круглыми камнями дорожке и пошёл к дверям. Кот гордо спрыгнул с моих плеч, потрусил следом за Мортасом к дому. Прыгнув, уселся на деревянные, частично сохранившиеся перила крыльца и принялся с важным видом умываться. Остановившись на крыльце, ёкай вновь помотрел на кота… а потом медленно потянул к нему свой чёрный хищный хвост… Я напряглась, а серебряному божественно грациозному зверю, кажется, было это безразлично. Я скорее побежала к ним, чтобы спасти котика! Ведь мне померещилось, что кончики хвоста ёкая сейчас порежут ему горло! Но те аккуратно потянули за маленькую табличку — серебряную, овальную — которая, как оказалось, висела на шее кота. Просто из-за густой шерсти я её раньше не заметила… — Миуки, — прочитал ёкай и поморщился, — имя, что мы дали коту… какое-то… знакомое… — Мрар, — согласно мяукнул кот. — Вот видишь, — натянуто улыбнулась я, остановившись в шаге от Мортаса, под зияющей дырами меж деревянных балок крышей крыльца. — Начинаешь что-то вспоминать, да? — Возможно, — хвост ёкая отпустил именной медальон. Нахмурился, ещё несколько раз повторил: — Миуки… Миуки… если подумать, то… «ТРРРРХ» — вдруг резанул по ушам звук. Я вздрогнула. Вскинула голову. И успела заметить, как обрушивается вниз прогнившая крыша крыльца. Ничего сделать уже было нельзя! Я зажмурилась, ожидая удара. Но боли не последовало. Только раздался глухой треск гнилых досок где-то надо мной, сухая труха просыпалась на плечи, а талию обхватили горячие сильные руки. Я открыла глаза и поняла, что стою, прижатая к груди Мортаса. В ушах ещё отдавалось эхо треска досок. Но я была невредима — прижата к Мортасу. И на моём чудовищном муже-ёкае тоже не было ни царапины. Зато вокруг лежали прогнившие доски и солома. Мужчина же, пристально оглядев меня, взял в ладони моё лицо. — Ты в порядке, жена моя, — то ли спросил, то ли сообщил Мортас. — Хорошо. Но на всякий случай я не буду отходить от тебя ни на шаг. — А? — на мой жалобно удивлённый вздох ёкай не обратил никакого внимания. Вместо этого, прищурив золотые глаза, презрительно обвёл взглядом разруху на крыльце. — Этот дом такой ветхий… где же наши палаты? — Это, — мой голос слегка подрагивал, но ноги вполне держали и в ушах больше не шумело, и я решительно отстранилась от ёкая и указала на вполне крепкую входную дверь, — это и есть «палаты». Других показать тебе не могу. Ёкай недоверчиво и брезгливо фыркнул. Высокомерно взглянул на дверь, будто ждал, что дерево под его взглядом обратится в золото и окажется проходом в богатый дворец, полный слуг. Конечно, такого не случилось. Зато я вдруг представила, как ёкай сейчас зайдёт внутрь… а там всё в пыли, которую не один год не убирали! Тогда ведь он не поверит, что мы там вообще жили. Поймает на лжи! И тогда… Ох… Я мысленно взмолилась, чтобы бабушкино старое обережное заклятье ещё поддерживало жилой вид домика изнутри. Уже понятно, что на сад, дорожку и крыльцо его силы не хватило… но если… если и комнаты выглядят также… если под нами сейчас подломится пол в доме… ох, Мортас может и потерял память, но точно заметит, что дом не жилой! |