Книга Замуж за зверя. Попала!, страница 34 – Каролина Бром

— Да. Предчувствие или что-то вроде.

— Вот.

— А как ты понимаешь, вылетит ли это слово или останется?

— Я и не ведаю. Иду, что старец, наощупь, в потёмках. По звуку, по троганью да по запаху.

Ого, вот оно что! Я даже радовалась, что Адамир всё ещё шёл впереди и не видел, как приоткрылся мой рот от удивления. Кто бы мог подумать, что у него столь хорошо развиты органы чувств! Уж не значило ли это, что он какой-нибудь удалой богатырь, местный супергерой? А шрамы его остались после многочисленных подвигов…

Это бы много чего объяснило!

Щёки расцвели дикими маками, когда до меня вдруг дошло — чисто теоретически, Адамир и меня мог видеть, слышать и чувствовать по-другому. Чуть более… глубоко.

— Притихла ты, девица, что-то, — заметил он, слегка повернув ко мне голову. — Испугал тебя рассказ мой?

— Нет-нет, всё нормально. Сказка про Машеньку и Медведя вспомнилась. «Высоко сижу, далеко гляжу. Не садись на пенёк, не ешь пирожок…»

Адамир усмехнулся.

— Про медведя, значится? Не слыхал такой.

— Если хочешь, расскажу как-нибудь потом.

— А чего мне вдруг не хотеть? Сказки и былины — это милое дело.

— Значит, договорились… Ой!

Я всё ещё глядела под ноги, чтобы не запнуться, и увлеклась болтовнёй. Поэтому не сразу заметила, что Адамир остановился, и врезалась носом в его рельефную спину. Как неловко…

— Тихо-тихо, козочка, не ускакивай далёко, — сказал он, успев развернуться и поймать за локоть, когда меня опять назад повело. — Тут, вона, дерево повалилось здоровое. А ещё… мальца я учуял неподалёку. Гля… Эго ж лукошко?

И правда! Неподалёку валялось, небольшое, сплетённое из гибких прутиков. Только ягод почему-то видно нигде не было.

Сердце забилось в ожидании триумфа. Захотелось сорваться со всех ног на радостях, да только я вовремя взяла себя в руки. Но улыбка на губах появилась сама собой. Держись, Первак, мы скоро!

Кто бы мог подумать что когда-нибудь мне доведётся радоваться тому, что залезла в чужие штаны…. А сейчас смотрела на здоровенное препятствие впереди и понимала — перелезать в платье было бы проблематично.

Сомневаюсь, что настолько огромные деревья дожили до современности! Баобабы в Африке бы позавидовали!

Пока я разглядывала эту махину, Адамир успел ловко забраться на дерево, не прилагая усилий. Хотел тут же протянуть руку помощи, только я оказалась проворнее. Решила вспомнить тренировки в спортзале и на скалодроме.

Карабкаться получалось неплохо, почти хорошо, но всё же чувствовала, что новому телу не хватало выносливости и гибкости. Эх, наверстать бы!

Адамир, не ожидав от меня такой подвижности, сидел на дереве на корточках с чуть вытянутыми руками и не шевелился. Один раз бросив беглый взгляд, заметила, как приоткрылись его губы, приподнялись брови, глаза расширились…

Я точно его восхитила! И от этого испытала ещё больше радости.

— Вот елоза*… Обожди, не надорвись! — спохватившись, сказал Адамир. — Иди-ка сюды…

Он наклонился и крепко взял меня под мышки, плавно потянул вверх, точно пёрышко из подушки. Я напряглась, но даже не успела пискнуть, как уже стояла коленями на коре.

— О… Ух ты… — только и смогла протянуть я, оглянувшись назад и вернув внимание к Адамиру.

— Ну Злата… Ну и чудная ты… Неужто упасть нисколь не страшилась?

— Не страшилась. Рядом же ты.