Книга Потерянная принцесса, страница 76 – Эмилия Рамм

— Так и поступлю, — пробормотала я, представляя, как будет тяжело выбить из этой скрытного эльфа хоть что-то.

— Я попросила их не являться к тебе без причины, — сказала бабушка, поправляя моё одеяло. — Но, если тебе лучше… к тебе настойчиво кое-кто просился.

Я озадаченно нахмурилась. А когда по её взмаху распахнулась дверь, изумленно застыла. Дыхание перехватило.

Два белоснежных силуэта ворвались в комнату. Снежок и… Инельда. Страж моей матери. Которая…

Обжигающей волной хлынули воспоминания.

Грудь резко сжалась, словно невидимые тиски сдавили рёбра. Я беспомощно раскрыла рот, но воздух не шёл в лёгкие. Перед глазами поплыли тёмные пятна.

— Дыши, дитя, — тёплая ладонь бабушки легла мне на грудь, и тут же по телу разлилось успокаивающее тепло. Магия. Дыхание наконец-то вернулось.

В её голубых глазах бушевала буря эмоций — безумная надежда, слёзы счастья, которые она едва сдерживала.

— Ликант всё рассказал мне. Да, милая, я знаю… — её губы задрожали. Она спрятала лицо в ладонях, не в силах справиться с эмоциями. — Она была жива… всё это время.

Я тут же потянулась к ней, обняла, чувствуя, как по моим щекам тоже катятся слёзы. Её аромат зимних ягод и снега смешался с запахом слёз.

— Вы… узнали что-то новое? — спросила я, когда она немного успокоилась.

— Нет, — она покачала головой, но в её глазах горела решимость. — Но теперь у нас есть хоть что-то.

Она с нежностью посмотрела на Инельду. Мерлок ткнулся мордой в её ладонь.

— Мы найдём её, — голос бабушки звучал твёрдо, несмотря на слёзы. Эта хрупкая женщина вдруг показалась мне несокрушимой. — Главное — она жива.

— Но почему Инельда не обнаруживала себя до сих пор? — удивилась я.

— Это одна из многих загадок, — вздохнула бабушка. — Но я думаю…

— Она почувствовала Снежка, — перебила я. — Но почему не пришла к вам раньше…

— Мы во всём разберемся, — уверенно ответила она. Посмотрела на меня и мягко улыбнулась. — Но сейчас тебе нужно отдыхать. Ты истратила слишком много сил, сражаясь с Падшими.

Бабушка ещё раз сжала мою руку и ободряюще улыбнулась, прежде чем направиться к двери.

— Бабушка?

Я с ясной точностью поняла ещё кое-что.

Она обернулась — собранная, уверенная, уже в своих мыслях и планах.

— Мы должны разбудить короля.

Её губы снова задрожали, а в глазах вспыхнул такой свет, будто кто-то зажёг в них звёзды. Она уже думала об этом.

— Да, моя дорогая, — улыбка. Светлая. Ослепительная. — Так мы и поступим.

Когда дверь закрылась, я откинулась на подушки, пытаясь осмыслить всё произошедшее. Грудь распирало от странного чувства — будто внутри меня раскрылся цветок надежды.

Мама жива.

И мы сделаем всё, чтобы найти её.

* * *

Подготовка к ритуалу заняла всю ночь. Жрецы чертили на полу зала сложные символы, перешептываясь на древнем наречии. Я наблюдала за их движениями, чувствуя, как тревога сжимает горло. Уже утром мы попытаемся разбудить короля — и я стану частью этого.

Мне объяснили, что ключевыми фигурами в ритуале будем выступать мы с бабушкой и… Ликант.

Я всё ещё не понимала, что делал Ликант среди нас, хотя меня уже вовсю точили подозрения.

А что делала среди них я, понимала ещё меньше. Для короля я совершенно незнакомый человек. Чужой.

Утро наступило слишком быстро.

Зал сиял под стеклянным куполом, словно гигантский кристалл. Лучи солнца преломлялись в ажурных узорах, рассыпаясь по мраморному полу мерцающими бликами. В центре, в каменной ложе лежал он — Каран Меллесар.