Книга Потерянная принцесса, страница 104 – Эмилия Рамм

— Вы же сказали, что она будет спать! — выкрикнула я, уже не понимая — он угрожает или говорит о чём-то более ужасном.

— Ну, все мы живы, пока наш мир жив, — его улыбка растянулась, стала широкой и пугающе искренней.

А по моей спине, сантиметр за сантиметром, поползли ледяные мурашки. Невидимые тиски сдавили горло, и в груди осела тяжелая, каменная глыба.

— А если не станет мира, то и нас тоже.

Он бредит… В мысли закрались подозрения, что тёмный эльф передо мной — безумен. Но для безумия он был слишком… расчетлив. Слишком коварен. Он ужасающе напоминал мне кое-кого.

— Кто вы? — выдохнула я в очередной раз, чувствуя, как каждая клетка моего тела напряжена, будто перед прыжком в бездну.

— Я тот, за чьим призраком ты долгое время гонялась, дитя. — Он театрально склонился в изысканном поклоне и вскинул голову. — Тимилис Лирин своей скромной персоной.

Я задохнулась от потрясения и неустойчиво шагнула назад. Тимилис… Тот тёмный эльф, чьи труды я столь долго изучала? Тот, кто положил начало тёмной магии в нашем с Ликантом роду? И тот, кто без тени сомнения убил собственную дочь, пытаясь прервать передачу сил? Наш… предок?

— Я, наконец, дождался этого дня, — он взмахнул руками, и в этом жесте была подлинная, пьянящая радость. — Дня, когда мир сотрясётся, получив желанное избавление.

Он медленно опустил руки и крепче, с почти сладострастным усилием, сжал нож. А затем резко, без колебаний, полоснул им по своей ладони.

Я застыла, наблюдая, как алая, почти черная в этом свете кровь капля за каплей падает на холодный камень пола.

А затем эльф начал зачитывать очередное, древнее, незнакомое мне заклинание. Оно лилось тягуче и сладко, как патока. Оно обволакивало пещеру, заставляя волосы на моих руках встать дыбом, а сердце в груди забиться в истерическом ритме. Вихрь поднял с пола пыль. Затрепетали пряди волос. Я чувствовала кожей — он творит нечто необратимое. Кошмарное.

И я поняла.

Осознание ударило, как молния, выжигая картины из памяти. Пророчество…

Эльфы из клана Ньирдэлин предупреждали, что ущелье Визгельм связано с пробуждением проклятия. Неужели…

Охваченная древним, звериным знанием — его нужно остановить, я рванулась вперед, пытаясь выбить нож из его руки.

— Остановитесь!

Но он лишь отшвырнул меня, как назойливую мошку. Я рухнула на острые камни, больно ударившись головой, и на мгновение в глазах потемнело.

— Что вы делаете? — прошипела я, с трудом поднимаясь на колени, и увидела, как вокруг него сомкнулся непроницаемый, поглощающий свет кокон тьмы.

В этот же миг он выкрикнул последнее слово, и земля под ногами вздрогнула. Заходила ходуном.

Что он натворил?!

Тимилис торжественно улыбнулся и подошёл ко мне. Протянул руку, смотря свысока. Я вскочила, отбрасывая его протянутую руку, как нечто ядовитое.

— Тебе не остановить неизбежного, Лисса Меллесар, — сказал он, и его взгляд пронзил меня насквозь. — Когда-то у тебя ещё был шанс сделать это. Но ты его упустила.

Упустила? Был шанс? Мысль яростно забилась в голове, не находя выхода. О чём он?!

Я в отчаянии взглянула на маму, понимая жгучей, всепоглощающей волной: если пророчество пробудится, погибнет не только она. Погибнут все, кто стал мне дорог. И не только. Все драконы, эльфы, оборотни, люди… весь этот хрупкий мир.