Книга Яблоневый сад попаданки, страница 68 – Алёна Мирова

— Вы смеётесь надо мной.

— Учусь вести переговоры.

Мы договорились разделить расходы пополам: поместье оплачивало укрытия и работу, Дориан — проверку магических знаков. Арден записал решение и потребовал подписи обоих.

Вечером Дориан предложил прогуляться. Это было первое ухаживание без корзины, инструмента или документа. Мы прошли по дорожке к реке. Солнце садилось, вода отражала розовый свет. После инея листья стали ярче: среди зелени появились золотые и алые пятна.

— Завтра начнём устанавливать ярмарочный товар, — сказала я. — Нужно проверить списки.

— Сегодня не будем говорить о списках.

— О чём тогда? — Я убрала руки в карманы плаща, чтобы не достать блокнот по привычке.

— О вас. Что вы любили делать, когда не работали?

Вопрос застал врасплох. В прежней жизни работа занимала почти всё время. Я читала по вечерам, ходила с тётей в парк, смотрела сериалы за готовкой.

— Читать. Гулять. Иногда пекла что-нибудь только для себя, — ответила я после короткой паузы.

— В кондитерской вы не пекли? — Дориан придержал для меня низкую ветку.

— Умела, но главным кондитером была тётя. Я занималась организацией. А вы? — Я прошла под веткой и подождала его.

— Читал отчёты, — признался он.

— Это работа. — Я толкнула его плечом.

— Тогда ездил верхом. В детстве рисовал карты. — Дориан улыбнулся и пошёл ближе.

— Поэтому купили Томасу такую, — догадалась я.

— Да. Мать думала, я стану землемером. Отец хотел чиновника. — Он поддел носком жёлтый лист.

— Кем хотели быть вы? — спросила я.

Дориан подобрал с дорожки красивый лист и покрутил за черешок.

— Человеком, который сам решает, куда поедет завтра. В итоге стал чиновником с длинным расписанием.

— Теперь будете составлять его сами.

— Надеюсь.

У реки стояла каменная скамья. Мы сели, оставив между нами совсем немного места. Дориан передал мне лист.

— Подарок?

— Вы говорили, мужчина иногда приносит что-нибудь приятное.

— Очень экономное ухаживание.

— Я финансист.

Я положила лист между страницами маленького блокнота. Дориан посмотрел на мои руки.

— Перчатки потеряли?

— Оставила в сушильне.

— Куплю вторые.

— Это уже расточительство.

— Хочу проверить, способен ли на него.

Мы засмеялись. Возвращались к дому медленно. Он подал мне руку на подъёме, и я не отпустила её после того, как дорожка стала ровной.

Новую плиту установили за два дня до ярмарки. Мастер разобрал старую кладку, заменил треснувший камень и уложил медную поверхность. Кухня временно превратилась в строительную площадку, поэтому готовили в сушильне и на маленькой печи в людской.

Лотта переживала ремонт тяжелее всех. Она ходила за мастером, проверяла каждый шов и требовала оставить место для большого таза.

— Если круг будет меньше, повидло станет пригорать по краям, — объясняла она.

— Я делаю по чертежу, — мастер показывал бумагу.

— На чертеже таз нарисован маленький.

— Это условное обозначение.

— Условное повидло потом есть не станете.

Я вмешалась, измерила таз и круг. Размер подходил. Лотта успокоилась только после первой варки.

Мы использовали плиту для яблочного сиропа. Сок уваривали с мёдом и щепоткой багрового базилика. Он получался густым, тёмно-золотым, согревал даже после остывания. Палата малых чар проверила рецепт и разрешила писать: «Тёплый сироп для прохладных вечеров».