Книга Истинная для врага Дракона, страница 80 – Милана Вейр

Отстранился и внимательно посмотрел мне в лицо.

— Похоже, моя драгоценная жена очень вам доверяет, раз посвящает даже в такие подробности.

— Она мой друг, — выпалила я и тут же прокляла свой длинный язык.

Что, если из-за моей несдержанности гнев Адриана обрушится на невинную Лиору?

Но король не разозлился. Некоторое время молчал, будто решая, стоит ли продолжать.

— У нас с Астерией все очень сложно, — наконец сказал он.

Я выдохнула с облегчением.

И в то же время поднятая тема всколыхнула во мне то, что все еще болело, как бы глубоко я это ни прятала.

— Конечно, сложно, — голос дрогнул от нахлынувших чувств. — Вы понятия не имеете, как сильно она вас любила.

Я вспомнила медальон, который теперь не решалась носить на груди, боясь, что Адриан увидит. Вспомнила, с каким трепетом когда-то разглядывала его портрет. Как ждала случайной встречи. Как мечтала, что однажды он посмотрит на меня иначе.

И как жестоко оказалось прозрение.

— Она была готова простить вам гибель отца и брата, — слова вырывались сами. — Отдать всю себя, лишь бы быть рядом. Дарить любовь, поддержку, верность. А вы… вы просто растоптали ее чувства.

На глаза навернулись слезы, и я уже не различала выражения лица Адриана.

Упреки, так долго копившиеся внутри, вырывались неудержимым потоком.

— Я понимаю, что вы не любили ее. И сострадание, как я уже убедилась, вам не слишком свойственно. Но почему нужно было быть таким жестоким? Зачем было ломать ей жизнь? Зачем говорить, что у нее нет будущего, что она не сможет быть матерью своим детям? И самое страшное — зачем обещать уничтожить собственного ребенка, если он родится не с той кровью?

— Послушай…

Он осторожно привлек меня к себе.

На этот раз действовал мягко. Погладил по спине, пытаясь успокоить. Но от этой ласки стало только больнее. Я прекрасно понимала: если бы он знал, кто на самом деле стоит перед ним, вряд ли был бы так нежен.

— Я доверю тебе то, чего не рассказывал никому, — Адриан тяжело вздохнул и крепче прижал меня к себе, не давая поднять голову и посмотреть ему в лицо. — Может, ты удивишься… но у меня когда-то были чувства к Астерии.

Я вздрогнула, словно от удара.

Наверное, ослышалась.

— Это была не любовь и даже не страсть, — продолжал Адриан, задумчиво гладя мои волосы. — Скорее тепло. Симпатия. Что-то тихое, непонятное. Я должен был приказать убить эту девушку, как и всех, в ком текла кровь ледяных драконов. Или сделать это сам. Но не смог. Даже в том состоянии.

Он замолчал на несколько секунд.

— Ты не представляешь, что со мной тогда творилось. И не можешь представить, потому что в тебе нет драконьей сущности. Тогда зверь взял надо мной верх. Инстинкты, ярость, боль — все смешалось. Вместо того чтобы подавить это, я дал всему полную волю. Убивал, уничтожал, выплескивал гнев и думал, что так станет легче. Но даже тогда не смог навредить Астерии так, как собирался. Не знаю почему. Мой зверь воспринимал ее как что-то близкое. Это удивляло меня. Бесило. Я ничего не мог с собой поделать. Все, что я тогда ей наговорил, было неправдой. Я хотел причинить ей боль хотя бы словами, раз не мог сделать иначе.

О боги-драконы.

Надеюсь, он не слышит, как стучит мое сердце.

Я не могла поверить.

Это игра?

Если да, Адриан играл искусно. Слишком искусно. Бил точно в то место, где рана так и не затянулась.