Книга Истинная для врага Дракона, страница 144 – Милана Вейр

— Я не возьму тебя, если ты не захочешь. Обещаю. Но я очень по тебе скучал. Позволь мне просто быть рядом. Коснуться. Немного. Это ведь такая малость.

Все во мне сопротивлялось.

Я слишком хорошо понимала: останусь — и уже не смогу быть равнодушной.

Но что-то вроде угрызений совести перевесило чашу весов.

Он сегодня спас мне жизнь.

Разве я могу отказать ему в такой малости?

И тут же другая, более честная мысль кольнула почти больно: я просто ищу оправдание тому, чего хочу сама.

— Ты остановишься, как только я попрошу, — напряженно сказала я, уже понимая, что проиграла.

В глазах Адриана вспыхнули победные искры.

— Конечно, моя милая.

Он произнес это мне на ухо, и от его голоса по телу прошла дрожь.

Руки Адриана начали медленно освобождать меня от одежды. Не рывками. Не жадно. Осторожно, будто он боялся спугнуть меня одним неосторожным движением.

И от этой осторожности становилось только страшнее.

Когда на мне уже ничего не осталось, он таким же небрежным движением сбросил с себя одежду.

У меня перехватило дыхание.

Я помнила это тело слишком хорошо. Сильное, горячее, опасное. Мышцы перекатывались под кожей, повязки на ранах делали его уязвимее, человечнее — и почему-то еще сильнее притягивали взгляд.

Мне пришлось сжать простыню, чтобы не протянуть руку и не коснуться его первой.

Адриан уложил меня на бок так, чтобы мы могли смотреть друг другу в глаза, и начал медленно гладить мое тело. Обводил талию, поднимался к плечам и шее, спускался к груди, животу, бедрам.

Дыхание становилось все более прерывистым.

Особенно когда я видела, как он сам реагирует на каждое свое прикосновение. Как темнеют его глаза. Как напрягается челюсть. Как он сдерживается, хотя желание уже горит в нем открытым пламенем.

Его губы тоже включились в эту неторопливую пытку.

Они шли по тем же дорожкам, что и ладони. Ласкали, дразнили, сначала почти невесомо, потом жарче. Нежные поцелуи сменялись легкими укусами, горячим дыханием, влажным касанием языка.

Мое тело горело.

Я отчаянно хотела прижаться к нему теснее. Стереть последние остатки расстояния. Почувствовать его в себе, глубоко, до конца. И я не понимала, какая сила еще заставляет меня держаться.

Адриан сместился, нависнув надо мной и опираясь на одну руку. Другой он гладил мой живот, спускаясь ниже, к самому центру желания.

Когда его пальцы коснулись меня, я не сдержала сдавленного стона.

Он замер на мгновение. Посмотрел мне в глаза, будто спрашивал. Будто давал последнюю возможность остановить его. Я должна была сказать «нет». Должна была.

Вместо этого сама подалась навстречу его руке.

Поздно осознав, что делаю, я попыталась отстраниться и оттолкнуть его.

— Нам не следует продолжать.

— Еще немного, — выдохнул он мне в ухо.

Это прозвучало то ли просьбой, то ли приказом.

И от этого тело предательски отозвалось новой волной жара.

Я снова подалась к нему. Коснулась бедром его возбужденной плоти. Адриан глухо зарычал и теперь уже сам попытался отстраниться, словно боялся сорваться.

Он снова поцеловал меня — глубоко, но без прежней грубости. В этом поцелуе была сдержанная страсть, осторожность и почти мучительная нежность.

И именно она окончательно сломила мое сопротивление.

Голод, который я всю неделю прятала от себя, прорвался наружу.