Книга Ученица Тирана в Академии Ёкаев, страница 89 – Кира Иствуд, Хэля Хармон

На пальчике Юмины из магических материй создалось кольцо. Тонкий обод белого металла. Гладкий синий камень — шлифованный овал — тон в тон как глаза змея в навершии моего посоха. И если вглядываться в недра гладкого синего камня, можно увидеть Вселенную, и как в параллельной реальности меж магических троп, за гранью Бытия и понимания — ползает серпантинами мой магический помощник, волшебный Змей. Теперь он двуедин. Живёт и в моём магическом посохе, и в кольце Юмины. Наравне…

Если Юми и отвергнет меня, то изначальную магию Бесконечного Неба — отвергнуть невозможно.

Я медленно поднялся с колена. Отшагнул, чтобы больше не мучить расстроенную человечку, но Юми вдруг удержала меня за рукав. Её голос прозвучал очень тихо:

— Я… Айрон… я

Что «я»? Непонятно.

— Ты тоже меня любишь, — решил помочь я своей человечке.

— Айрон!!! Ребёнок!.. У нас…

Так, ну я надеюсь, речь скоро восстановится в полном объёме.

Человечка потянула меня за рукав на себя. Я молниеносно приблизился. Опустился на матрас рядом с Юми.

— Выйдешь за меня, Юмина — я решил настоять на прояснении этого момента.

Но лишь тишина была мне ответом. Я для приличия подождал несколько мгновений. Затем решил помочь ошарашенной человеке:

— … Моргни, если согласна.

Глаза человечки очень быстро закрылись и открылись вновь. По моей груди изнутри разлилcя неуправляемый жар — подобный рождению Нового иномирного Светила.

Я шумно выдохнул: это победа!

Юми робко улыбалась, но губы её подрагивали. Нежные, пухлые, манящие. Эта женщина… рождена чтобы быть моей.

Вдруг стройные ряды моих мыслей осыпались — словно в горах сошёл оползень. В голове стало неожиданно пусто.

Я приблизился к Юми сильнее. Припал к губам человечки. Бережно заставил её снова лечь на спину, прижал её к больничной кушетке своим телом сверху. Она дрожала подо мной. Я целовал её. Я брал её ротик, изучал, требовал, заявлял права. А она отвечала — так покорно и сладко, что в паху стало вдруг отчаянно тяжело.

Нежный тонкий запах Юми, её ладошка с моим кольцом на пальчике, которая вдруг легла на мою щёку. Робкая, тонкая, тёплая. Я ощущал кожей прохладную полосу металла от кольца. И целовал свою хрупкую будущую жену. Отчаянно. Словно от этого зависит моя жизнь.

Юмина

Мой Айрон расколол мой мир… даже не так — распылил его! И собрал заново совсем другим. Раскрыл с новой стороны.

Это было похоже на игры для развития ума, в которые он заставлял меня играть каждый день в первый год моего ученичества в Храме. Наставник приказывал мне читать историю из особого свитка храмовой библиотеки, каждый раз новую. Их объединяло лишь то, что в конце истории вдруг оказывалась не тем, чем представлялась изначально. Наставник развивал мне «критическое мышление» — так он это называл.

По первости я читала эти рассказы открыв рот, а затем оглядывалась назад после финального аккорда, переворачивающего всё с ног на голову. И меня озаряло: ни одного события, противоречащего новому объяснению реальности-то и не было. Это было полезно для ума, магических потоков, обучало мудрости управления людьми и предостерегало от опрометчивых скорых решений.

Мне больше всего запомнилась первая и самая простая история, что я прочитала в Храме по приказу Айрона — притча о высшей расе. Там юная дева по имени Ната-Ли рассказывала о том, как счастлива жить с представителем божественной расы и быть его избранницей. И всю дорогу я думала, что она рассказывает о возлюбленном! А в конце оказалось, что речь о божественном Коте вроде господина Миуки, который поработил эту девушку, и теперь она у него в услужении. Перечитывая притчу, ты понимаешь, что ничто не противоречит тому, что речь о коте. И это — шок!