Книга Сбежать от заморского принца, страница 28 – Селина де Нис

— Лорд Нэби Левего! — резко прервал его Шадомей — вы, видимо, невнимательно изучали личные дела своих студентов. Наине восемнадцать исполнится только через два месяца. Даже если вы это сделали с разрешения первого инквизитора, то понимая, кто является её опекуном, вы должны были получить разрешение у меня. Мне напомнить, кому подчиняются все инквизиторы? И лорд Дарсонэ в том числе? Не ожидал от вас. С таким-то опытом.

— Виноват, господин верховный маг! — как-то стушевался мэтр Левего, но я уловила злобный взгляд, брошенный на Шадомея. Или мне показалось? Надо быть осторожней с ним. Очень скользкий тип.

— Все свободны. У нас господином директором ещё есть что обсудить.

До дня рождения я дожила более-менее спокойно: с периодическими обзывалками в спину, подколками и игнорированием. За это время я разобрала, кому принадлежат плетения, которые поймала раньше. Теперь у меня есть образцы от Элеоноры, Беллы и Шеллы. Элеонора кидалась в меня плетением антииллюзии, Шелла вскрывала шкафчик, Белла … Ну тут понятно.

Меня ооочень интересовало как добавить зеркальное плетение к охранному. И почему оно не работало в парных боях. Но доступа к учебникам, где я бы могла посмотреть эту информацию, не было. Ещё не было? Или уже не было и не будет? Тогда зачем мэтр Левего его показал? Интересненько!

Выходные я проводила в библиотеке — в любой из доступных. В библиотеке моего наставника, кстати, книг по инквизиции было намного больше, чем в библиотеке Академии. Но самые интересные были мне ещё недоступны. Зато у Шадомея я нашла книгу зеркальных плетений. Поэтому несколько выходных я безвылазно провела, изучая их действия и способы применения. А Лукас, исправно даривший мне по ночам цветы, даже сказал, что я прихожу в библиотеку верховного мага только ради Шадомея. Как это не смешно, но я старалась встречаться с магом как можно реже. Особенно с Ракеллой, его невестой.

Она как будто поняла, кто испортил ей платье в день моего появления в спальне её жениха. Или почуяла той животной интуицией, которая есть у женщины, яростно оберегающей своё право на мужчину. Интересно, почему эта красивая, с кукольным личиком и высокая, под стать Шадомею, женщина с безупречным вкусом ревновала его ко мне? А она ревновала.

Сначала она пыталась стать моей подружкой и помочь подобрать мне нормальную одежду вместо «тряпочек мадам Вартан». Только этих слов мне хватило, чтобы к горлу подступила тошнота. Естественно, что, спускаясь по лестнице она сломала каблук на своей такой модной туфельке, которой она хвасталась Шадомею, приподнимая юбку выше, чем было принято в обществе. Но она и это повернула в свою пользу: схватилась за перила, застонала, притворилась, что подвернула ногу и верховный маг подхватил её на руки, отнёс в кресло и выполнял все её капризы — напитки, перетяжки, растирания. И как-то странно поглядывал на меня. Понял, наверное, причину. А я наблюдала за происходящим: мне было жутко интересно.

Потом она пыталась сделать из меня служанку: дай то, подай это. Но я нечаянно вылила на неё горячий шоколад и испортила дорогое новое платье, которое она «специально надела, чтобы пойти в гости к друзьям Шадомея». Но и это она использовала, чтобы пособлазнять своего жениха. Горячий шоколад обжёг ей кожу, оставив красное пятно. И пользуясь тем, что можно показать то, что не очень можно, она это и сделала. Шадомей засопел, глаза у него сверкнули, но он вызвал служанку, чтобы та помогла Ракелле. А потом попросил меня вылечить Ракеллу. Бедняжке было недоступно целительство. Ай-яй-яй!