Книга Служанка ректора Академии военных драконов 2, страница 235 – Юлия Удалова

Теплой, мягкой, пахнущей персиками, ванилью и детским шампунем с ромашкой.

Руперт замешкался — Луна отвлекла его каким-то вопросом, поэтому дверь передо мной предупредительно открыл Смарагд.

Хотя называть его Рояном Эльчином все-таки было мне привычнее.

На мгновение изумрудный украдкой задержал на мне взгляд, но тут же склонился в поклоне.

За прошедшие годы Роян так и не женился.

Зато войдя в Правящий Совет, стал гораздо серьезнее и мудрее, целиком и полностью посвятив себя империи.

Глядя на этого статного дракона с русыми кудрями и аккуратной бородой, которую он снова отпустил, невозможно было узнать в нем прежнего повесу. В последнее время поговаривали, что у него, вроде бы, появилась дракайна.

Эти слухи очень меня порадовали — хотелось, чтобы наш верный друг наконец-то обрел личное счастье и завел семью.

Я шла по коридорам Четырехгранника с дочкой на руках и все, кого я встречала, почтительно склоняли передо мной головы, приветствуя бесшумно, чтобы не разбудить принцессу.

На самом деле, я знала, где искать мужа.

Лишь только тренировка с сыном могла заставить его пропустить заседание Правящего совета.

Лейтон оказался гиперответственным отцом и ставил семью выше государственных дел, очень много времени проводя с детьми.

Вот и сейчас — я нашла его в одном из тренировочных залов Четырехранника.

Рядом с ним стоял семилетний мальчик в черной с красным юнкерской форме — наш сын Ральф.

Оба наших ребенка — и Лиэль и Ральф унаследовали внешность Лейтона, его темные волосы, голубые глаза и аристократические черты лица.

Оба были полной его копией, с только одним различием — Ральф унаследовал от папы черную кровь, а вот Эля стала золотой дракайной, такой же, как и я.

Я втайне надеялась, что следующий наш ребенок будет внешне хоть немного похож на меня.

Крепче прижав к себе нашу спящую малышку, я тихонько уселась на пустую скамейку, наблюдая, как Лейтон учит Ральфа ставить боевой щит.

Своей черной магией он начертал в воздухе схему, а Ральф такой же темной магией пытался повторить ее.

Наш мальчик схватывал прямо на лету — щиты, которые показывал Лейтон, становились все сложнее и сложнее, Ральф, конечно, ошибался, но быстро находил свои ошибки и исправлял их.

У меня сердце заходилось от гордости за сына и огромной, всепоглощающей любви к нему.

Ральф был так увлечен процессом обучения, что не заметил меня, зато заметил Лейтон.

Я поймала на себе его взгляд, осознавая, что в нем ничего не поменялось.

Мы не потеряли свою страсть, интерес друг к другу, свежесть эмоций и чувств и с годами наши отношения только окрепли и стали глубже, как будто проросли в нас обоих и соединили навеки.

Пока шла тренировка, Лиэль прекрасно выспалась у меня на руках, а когда проснулась и увидела папочку, то тут же потянула руки к нему.

С Ральфом Лейтон был строже, но по Лиэль просто сходил с ума — она крутила и вертела им, как хотела.

Поэтому, похвалив уже изрядно измотанного Ральфа (особая метода тренировок Лейтона Уинфорда, через которую я уже прошла), раньше времени свернул занятие и тут же подхватил на руки малышку, которая обняла его и принялась жаловаться на свою куклу.

На что тут же получила обещание от папы, что он купит ей много новых кукол, а к ним большой кукольный дом с мебелью и одеждой…