Книга Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 1, страница 49 – К. Рэдлиф

Цзэ Сюлань очень смутно помнил описания собраний в новелле. Скорее всего, Чэнь Хуан их толком и не описывала. Что ж, оставалось надеяться, что все пройдет быстро. Вообще-то это собрание было отличной возможностью посмотреть на всех глав областей и запомнить, как они выглядят. Потому что описания их в книге были вроде «прекрасны, как небожители». Как-то малопознавательно.

Когда последний член собрания – старейшина Лянь – занял свое место, встал глава, чтобы объявить о начале заседания.

«Это просто невыносимо. Я мог еще несколько часов спать, но сижу в этом кресле на виду у всех. Эти великие заклинатели точно не рады возвращению моей скромной персоны…»

[С чего ты взял?]

«Слишком уж пристально они меня разглядывают».

[Многие из них не видели Цзэ Сюланя двенадцать лет. Конечно, им хочется посмотреть, как тот изменился.]

Слегка помолчав, Чэнь Хуан добавила:

[Или они просто высмеивают про себя твой внешний вид.]

Одет Цзэ Сюлань был, как и подобает оригиналу, дорого и со вкусом. Его наряд был из плотной черной ткани, что переливалась на свету золотыми и серебряными отблесками. Поверх был накинут плащ с серебристой вышивкой и серебряными застежками. Рукава, как всегда, такой длины, что сам император обзавидуется. Ну и высокая серебряная заколка на голове, формой напоминающая дракона.

Остальные мастера были одеты чуть скромнее, но тоже достаточно нарядно. Решили покрасоваться друг перед другом. Неужели более радостного события не нашлось?

Цао Цзюань говорил достаточно долго. Цзэ Сюлань и вздремнуть успел, и рассмотреть каждого присутствующего.

«Чэнь Хуан, а он выучил эту всю речь или она каждый раз одинаковая?»

[Он учит речь к каждому собранию весь месяц.]

— Не повезло, – вслух протянул Цзэ Сюлань, и на него недовольно покосился Линь Цзо, который сидел слева где-то на расстоянии трех метров.

Когда приветственная речь завершилась, все заклинатели встали со своих мест и почтительно поклонились главе, выражая свою признательность за работу на благо ордена. После этого по плану шли отчеты каждого хозяина территорий по старшинству. Но как только Лянь Цзэнь с важным видом встал со своего места, его прервал Линь Цзо.

— Повремените немного, старейшина Лянь, – попросил он, а хозяин долины Лотосов хмуро уселся обратно на место. – У меня есть небольшая просьба к главе Цао.

— Я слушаю, – кинул глава.

— Вы все хорошо знаете моего брата, – обратился Линь Цзо к присутствующим. – И все вы знаете, что он проводит свою жизнь в странствиях по миру. Но сегодня он наконец-то вернулся в родной орден и хотел бы присутствовать на собрании. Глава Цао позволит?

Что было ответить Цао Цзюаню, кроме как согласиться?

Дверь в зал собраний тут же распахнулась, и вошел молодой мужчина. Это был Линь Ян, один из лучших мастеров меча своего времени. О нем ходили легенды среди простых смертных, а каждый уважающий себя мастер боевых искусств считал своим долгом бросить вызов Линь Яну и попытаться победить. Ну, так, во всяком случае, описывалось в новелле.

Линь Ян и Линь Цзо были братьями-близнецами; оба обладали величественной внешностью, высоким ростом и крепким телосложением. У них были одинаковые золотые глаза, сияющие на фоне светлых волос. Они выглядели так, словно были созданы для того, чтобы притягивать внимание и разжигать любопытство. Даже при длительном любовании невозможно было найти в их лицах изъяна – они были идеальны, но холодный блеск в глазах и отстраненное выражение лиц заставляли отвести взгляд и не сметь подобраться ближе. Братья были похожи на фениксов: прекрасные, но готовые все спалить в ту же секунду.