Книга Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 1, страница 235 – К. Рэдлиф

И как же было обидно, что, даже отойдя от дел ордена, он все равно был вынужден вернуться ко всем этим распрям. Конечно, он мог сделать вид, что его это никак не касается, да уйти восвояси. И он бы так и сделал, но сейчас в игру вступил не какой-то там зажиточный клан, не просто новая перспективная школа и даже не другой орден. Это была секта «Алые цветы смерти», повинная в смерти его сестры. Мертвых к жизни не вернуть, но если у Линь Яна выйдет пусть и не уничтожить, но хотя бы значительно навредить ее последователям, то игра определенно будет стоить свеч.

Комната для родов была большая и просторная. Ее уже прибрали, кровать застелили чистыми простынями, тазики и ведра стояли друг в друге в углу, а выстиранные полотенца и тряпки висели и сушились под потолком. Линь Ян обошел комнату, тщательно осматривая все поверхности – ничего подозрительного не было. Он не мог уловить даже намека на что-то, содержащее темную ци. Однако не успел он об этом подумать, как в нос ударил странный запах. Это было похоже на дурно пахнущие благовония или что-то подобное. Линь Ян потоптался на месте, пытаясь понять, откуда же взялся этот аромат, а потом распахнул окна и выглянул на улицу. Запах определенно тянулся оттуда. Смешиваясь с морозной свежестью, он все равно был различим, пусть и очень слабым.

— А это становится все интереснее, – легкая улыбка скользнула по его лицу. Сзади раздался грохот, и Линь Ян тут же обернулся. Деревянные ведра и тазы, что мирно стояли в углу покоев, сейчас были перевернуты. Линь Ян нахмурился. Это определенно был человек, потому что любую нечеловеческую сущность он бы учуял. Сложно скрыть свое присутствие от кого-то ранга «старейшина». Какому-то жалкому духу, что сжирает душу младенца в утробе перед самыми родами, это определенно не под силу.

Подойдя поближе к углу, где сейчас ведра и тазы валялись на полу, Линь Ян тоже распахнул окно. Луна еще была низко, но ее света хватило, чтобы найти на оконной раме тонкую шелковую нить. Край, прижатый окном, был оборван, а другой тянулся к деревянному тазу. Линь Ян не помнил, в каком порядке тазы были составлены друг на друга, но тот, от которого тянулась шелковая нить, определенно был в самом низу.

Кто-то очень сильно хотел, чтобы Линь Ян и Цзэ Сюлань поверили в сказку о призраках. Но кто?

Не найдя больше ничего интересного, Линь Ян вышел обратно во внутренний двор госпожи Лу. До часа собаки оставалась еще примерно палочка благовоний, поэтому, чтобы не мерзнуть на улице в ожидании, Линь Ян направился к залу предков. Цзэ Сюлань должен быть там и осматривать тело мертворожденного на наличие чего-нибудь странного.

Линь Яну не хотелось ни во что ввязываться. И от собрания проблем хватало. Но Цзэ Сюлань решил сунуть сюда нос. Сделал он это забавы ради или его интуиция велела вмешаться, Линь Ян не знал, но решил присоединиться. Его не особо волновала безопасность этого заклинателя. Вряд ли кто-то осмелился бы что-нибудь выкинуть против учителя из ордена «Хранители равновесия», так еще и в то время, пока идет собрание многих кланов с влиятельными заклинателями во главе. Но Цзэ Сюлань был очень интересной личностью. За ним было интересно наблюдать, с ним было интересно говорить и спорить. У него была совершенно непонятная нестандартная линия мышления, которая каждый раз удивляла.