Книга Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 1, страница 140 – К. Рэдлиф

Наблюдения за чужой работой и недавний промах ученика натолкнули Цзэ Сюланя на одну идею. Она не поможет ему запомнить учеников по именам, но поможет в конце занятия отметить тех, у кого вышло лучше всего и кто сможет после направить своих товарищей на правильный путь.

Взяв со стола лист бумаги, Цзэ Сюлань подбросил его в воздух и пропустил через него поток ци – лист превратился во множество сердечек длиной и шириной в один цунь. То же самое он проделал еще с несколькими листами и после этого разнес всем на столы по пять штук.

[И что это…] – замешательство системы было слышно, даже несмотря на механический голос.

«Это их жизни. Пять штук. Растратят все, и будет пиф-паф».

Когда по пять бумажных сердечек лежали на столе у каждого ученика, Цзэ Сюлань привлек внимание громким хлопком:

— Итак, этот мастер попросит отвлечься на пару мгновений от своих талисманов и послушать его. На ваших столах сейчас лежит по пять бумажных сердечек. Для чего они нужны? Для оценивания вашей работы на занятии. В начале занятия у вас есть пять штук. За каждую неудачу я буду отнимать у вас по одному. За каждую удачу – возвращать. А в конце посмотрим, у кого сколько «жизней» останется.

— Мастер Цзэ, каждое сердечко – это одна жизнь? – спросила Юнь Цзяо, рассматривая ровную бумажную фигурку.

— Да. Всего у вас их пять.

Минь Ли весь побледнел от такого нововведения:

— А что будет, если закончатся все?

— Тогда вас ждет задание, которое вы будете делать в свое свободное время и покажете этому мастеру на следующем занятии.

— И все?

— А чего вы еще ждете?

Все в классе дружно выдохнули. Цзэ Сюлань даже знать не хотел, чего там себе напридумывали эти глупые дети.

Нововведение всем пришлось по душе, потому как подростки принялись за начертание талисманов с еще большим энтузиазмом. Кажется, они восприняли это все как вызов и старались обогнать друг друга. Цзэ Сюланю даже в какой-то момент надоело носиться туда-сюда между рядов, и он приказал не звать его по пустякам. Ученики, конечно же, повиновались.

— Мастер Цзэ, – подал голос Яо Вэньмин и тут же отвел взгляд, смутившись прямого взгляда заклинателя. – А что будет, если у кого-то уже пять сердец, но он преуспел?

— Ну… – Цзэ Сюлань задумался. – Ничего? Максимальное количество баллов, что ученик может получить, покидая эту комнату, – пять. Если у вас пять сердец, это значит, что вы справились с заданием идеально и можете собой гордиться.

Остальная часть занятия прошла в относительной тишине и спокойствии. К окончанию обучения были как те, кто преуспел и все-таки смог завершить талисман и даже протестировать, так и те, кто остался без сердец и без талисманов. С пятью сердечками на руках однако никто не остался. Даже главный герой Яо Вэньмин, который старался выполнить все идеально и безукоризненно, слишком завернул один из символов, слегка подпортив картину. Талисман с таким промахом все равно работал, но не так хорошо, как должен был. Мастер Цзэ забрал за это одну «жизнь». Яо Вэньмин не знал, почему эти бумажные фигурки хозяин Туманного склона решил называть жизнями, но не решился расспросить.

Никто не ожидал, что мастер Цзэ будет так строго оценивать их работу, поэтому многие получили результат куда хуже, чем рассчитывали, но все равно были счастливы. Ведь этот мастер не просто их обучил правильному принципу начертания всех талисманов и печатей, но еще и ввел для них такую замечательную систему оценивания. Разве кто-нибудь из других мастеров делал такое? Они, как правило, даже не утруждали себя объяснениями. Просто давали задания, а потом цокали на неудачи, закатывали глаза и твердили, что они, дети со «стадной» низины, только для нее и годятся.