Книга Терапия для дракона, страница 72 – Майя Фар

В конце концов, я была уверена, что пока я на стороне Итона, Рианарра будет на моей стороне.

Чай накрыли в голубой гостиной, я вот здесь ещё ни разу не бывала. Гостиная была очень уютная, вся задрапирована голубой тканью, как мне показалось.

Но, когда я спросила Рианарру, то оказалось, что это не ткань в полном понимании этого значения, а кожа. Сначала мне стало не по себе, но потом оказалось, что это подарок водного народа, который сделал их правитель деду Итона, мужу Рианарры.

— Ватербильцы почти не общаются ни с кем, и редко выходят из воды, — сказала Рианарра, сама того не ведая, что приоткрывает для меня ещё один пласт этого мира. — Но они благородны и ценят помощь. Когда-то мой супруг спас маленького принца Ватербилии, и его отец подарил ему свою кожу.

Я поёжилась.

Рианарра усмехнулась:

— Водные драконы меняют кожу раз в десять парадов.

Я уже знала, что парад – это год, ещё когда выясняла, что означают все эти круги и обороты, заодно выяснила и это.

Рианарра вдруг внимательно взглянула на меня и добавила:

— Кожа правителя Ватербилии обладает разными свойствами. Она ускоряет заживление ран, а ещё в этой гостиной невозможно солгать.

И мне снова стало не по себе: «Зачем она устроила чаепитие именно здесь?»

— Оливия, попробуй пирожные, — сказала Рианарра.

Пирожные действительно были потрясающие. Чем-то она напоминали торт «Наполеон», но были маленькие и настолько нежные, что просто таяли во рту.

— А я ещё ни разу не пробовала здесь таких пирожных, — честно призналась я, не в силах удержать это в себе. И подумала, что может так и «работает» эта «кожа честности».

— Оливия, это же фирменные пирожные от вашей кухарки! Неужели она ни разу вас не побаловала такими вкусностями?

— Нет, возможно она приберегала это специально для вас, — попыталась я вывернуться, сославшись на то, что Роза явно расстаралась именно для Рианарры.

После нескольких ничего не значащих фраз и общих вопросов Рианара наконец задала тот вопрос, ради которого всё это и затевалось:

— Так, получается, ты многое не помнишь, Оливия?

— Дорогая Рианарра, когда я пришла в себя в храме, я вообще ничего не помнила. — ответила я, и снова удивилась, потому что я хотела сказать, что частично не помнила.

Рианарра посмотрела на меня долгим взглядом, потом сказала:

— Я ездила в храм. Я разговаривала с братом Даниэлем. Он сказал, что ты, что твоей памяти больше нет, что боги забрали её у тебя.

Я подумала: «Вот же брат Даниэль… Вроде решил помочь, а получается, что сказал немного не так».

— А что ещё сообщил вам брат Даниэль? — я решила не комментировать, а попробовать перетянуть на себя роль расспрашивающего.

— Он сказал, чтобы я тебе помогла. Что в тебе нет зла, и, что ты пришла в этот мир помочь моему внуку.

Мои глаза расширились от ужаса, когда я поняла, что только что услышала. Неужели брат Даниэль действительно так сказал? И что мне теперь с этим делать?

«Неужели брат Даниэль действительно так сказал? Или Рианарра намеренно подводит меня к тому, чтобы я рассказала всё сама?»

— Но что это значит? — спросила я, вспомнив старую науку: если не хочешь отвечать на вопрос, задай свой.

— Это значит, что боги не оставили моего внука, — невозмутимо ответила Рианарра, — и послали ему тебя.

— Вы так спокойно об этом говорите.