Книга Терапия для дракона, страница 48 – Майя Фар

А потом в Чёрном логе их ожидала засада, и в момент опасности он принял решение. Сделай он всего шаг назад, и остался бы цел и жив. Но тогда погиб бы Брейден, с ним они тоже вместе учились в академии, и он для него был больше, чем король, друг. И Итон сделал шаг вперёд, закрыв собой друга. Но в момент своей смерти он думал о ней.

А потом выяснилось, что он не умер. Он тогда в первый раз пришёл в себя, глаза его не открывались, отчего у него создавалось впечатление, что он мёртв, но при этом слух, и так прекрасный, как и у всех драконов обострился настолько, что ему казалось, что он слышит, как бегают мыши в подвале замка.

И тогда он услышал, как его предаёт любимая женщина. В его же доме.

Страдард и Оливия. Они были вместе. И она сказала, что лучше бы он умер, чем выжил, став калекой. И была сказана странная фраза но сколько Итон не вслушивался, больше ему не удалось услышать что-то подтверждавшее, что его жена и Страдард предатели.

Зато у него было время проанализировать. И всё сходилось к тому, что Оливия каким-то образом была связана с теми, кто хотел убить короля.

И тогда генерал Итон понял, что слаб. Он не смог ей сказать, что знает, он не отдал её дознавателям короля, зная, что уж они-то точно смогут получить всю информацию. Генерал хорошо знал, что будет с Оливией там, в подвалах дознавателей. И ему не хватило сил отдать её. И тогда он решил, что убьёт её сам. И тоже не смог этого сделать.

Он выгнал её. Какое-то время он пытался бороться, наивно полагая, что драконья кровь и целительская магия способны совершить чудо. Но день шёл за днём, сменялись лекари, эликсиры, а его дракон не откликался, и тело его так и оставалось наполовину неподвижным.

И так продолжалось пока Оливия не настояла на ритуале.

Все эти её смешные попытки он терпел, пока у него не дёрнулась нога. И в её глазах он увидел радость и надежду. Снова вернулась боль. И она тоже радовалась, говоря, что боль означает, что надежда есть. И он ей почти поверил. Пока к нему не приехал барон.

Ничего странного в том, что к нему в гости приехал бывший сокурсник не было. Он сам раньше никого не принимал, но в этот раз он разрешил Кристиану впустить барона. Он смотрел в знакомое довольное лицо барона, который делал вид, что его очень интересует здоровье Итона, но на самом деле зачем-то пытался выяснить всё про Оливию, и … ненавидел.

— Итон, — сказал барон, — я встретил твою супруг в банке, она говорила тебе об этом?

И генерала захлестнула горячая волна ревности.

— Конечно, — ответил он, злясь на себя за ложь, но не желая показывать барону, что его обманывает жена.

— А меня удивило, что ты вернул её, — ухмыльнувшись сказал Страдард, — вы же разошлись, что-то поменялось? Ты выздоровел? —и барон похабно подвигал бровями, указывая глазами на пах генерала.

Итон так сжал бокал, что ножка, сделанная из металла, закалённого в пламени драконьей горы, стала горячей и деформировалась.

— Не твоё дело, Страдард, — резко бросил он, и не удержавшись, добавил, — лучше беспокойся о том, чтобы у тебя здоровье не испортилось.

— Да, ладно тебе, Итон, — тон барона стал миролюбиво-сладким, таким сладким, что у генерала свело скулы. — Я же по дружбе, если всё хорошо, можно пригласить ночных фей, и закатить вечеринку. Как в академии, помнишь?