Книга Девиант, страница 168 – Гидеон Торн

— Сменить курс? — Николай бесцеремонно перебил его, подавшись вперёд. Его голос прозвучал резко и требовательно. — Вы только что сказали, что всё идёт прекрасно, показатели зашкаливают. Зачем ломать то, что работает как швейцарские часы?

Отец недовольно поморщил нос, словно от дурного запаха, но ответить не успел. В игру вступил Илья, решив, видимо, отработать свой кусок хлеба, несмотря на разбитое лицо.

— «Эйдолон» давно перерос статус компании мирового уровня, — произнёс брат, стараясь говорить чётко, несмотря на заклеенный нос, отчего его голос звучал гнусаво и неприятно. — Мы начинали как маленький стартап со «спутников жизни», но теперь захватили рынок труда. Мы заменили людей везде: на стройках, заводах, в ресторанных залах и на ресепшенах. Это развязало бизнесу руки и многократно повысило рентабельность. Андроидам не нужны больничные, они не вступают в профсоюзы и не требуют ежегодной прибавки к зарплате.

По залу прокатился одобрительный смешок — жирный, маслянистый, от которого меня затошнило.

— Достаточно вовремя заряжать аккумуляторы и проводить плановое техобслуживание раз в год, — подытожил Илья, явно довольный произведённым эффектом. — Наша обновлённая базовая линейка призвана окончательно решить «человеческий вопрос» в сфере обслуживания. Мы полностью вытесним людей из сервиса, оставив им только роль наблюдателей.

Я до боли сжала в пальцах тяжёлую ручку, лежавшую передо мной на столе. Холодный металл впился в ладонь. Я до крови прикусила язык, чтобы не выкрикнуть всё, что думаю об этом. Какой же идиоткой я была. В своей беззаботной, эгоистичной жизни я не замечала чудовищной картины целиком. Наша компания не просто развлекала толстосумов, поставляя им идеальных партнёров, — она методично, слой за слоем, срезала живую кожу с целого социального класса.

Те, кто не успел получить высшее образование или, получив его, не смог устроиться по профессии, теряли работу. Но у них оставался призрачный выбор: переучиваться на обслуживание тех самых машин, которые выставили их за дверь, или бежать. Уезжать в нищие страны, где «обычные» человеческие руки всё ещё стоили дешевле электричества. Но не все могли уехать. Большинство оставалось, обивая пороги бирж труда в поисках хотя бы какой-то работы. «Эйдолон» действовал ювелирно, почти милосердно в своей жестокости, и это пугало больше всего. Компания не стремилась спровоцировать шквал массовых сокращений, из-за которых простые люди вполне могли выйти на протесты, — нет, она мониторила кадровый дефицит. Стоило рынку «проголодаться», как мы тут же скармливали ему новую партию обученных андроидов. Люди просто не успевали опомниться: вакансия испарялась, и какая-нибудь условная тётя Валя вдруг осознавала, что как вахтёрша она больше никому не нужна. Её место уже занял безликий, но эффективный автомат.

— Ну и чего нам ещё желать? — подал голос один из акционеров, вальяжно развалившись в кресле. — Или у вас есть идеи о новой линейке ваших элитных шлюх? Не хотите расширить ассортимент для мужчин, а? Я, конечно, понимаю: дамы нынче зарабатывают наравне с нами и куда охотнее клюют на рекламу, но лично я не отказался бы от новой женской модели. Более… молчаливой и покладистой. А то от болтовни моей Афродиты порой голова раскалывается, словно у меня дома не андроид, а радиоточка.