Книга Прости меня, отец, страница 110 – Катерина Сент-Клер

Я веду маленьким острым камнем по боку машины Луки, проходя мимо, звук скрежета по металлу – маленькая приятная месть. Я не останавливаюсь, чтобы обернуться, и ухожу в ночь, мыслями уже за много миль отсюда.

Кто бы ни создал каблуки, он явно не подумал, как унизительно идти по темному тротуару среди ночи, постоянно одергивая юбку, когда собирающие сладости дети проходят мимо.

Мои ноги горят от каждого шага, но я продолжаю идти, мой телефон выключен, чтобы никто меня не выследил. Зои и Эйден не успели уйти следом, так что первый квартал ощущался как марафон, а теперь последний будто тянется вечность.

Когда я наконец вижу дом Романа, в окнах мерцают свечи, распространяя теплый свет. На въезде припаркованы две машины – его 4Runner и еще одна, которую я не узнаю.

Дверь слегка приоткрыта, что странно, потому что Роман всегда тщательно следит, чтобы она была заперта.

Я тихо вхожу, единственный свет струится от свечей. Роскошный запах еды наполняет воздух, привлекая мой взгляд к обеденному столу, накрытому на двоих; в центре свежие розы, окруженные свечами. Еда стоит на духовке, что-то китайское навынос, если судить по коробкам.

Это для нашего свидания?

Мои губы изгибаются в улыбке, но она тут же исчезает, когда я слышу громкий удар и следом гневный голос Романа:

— Неправильный, блять, ответ, – шипит он; тут же раздается сдавленный стон боли.

Мое сердце бьется быстрее, когда я бесшумно крадусь вперед.

— Давай попробуем еще раз, – голос Романа обещает насилие. – Что, блять, Дэвид Фолкнер знает о нас с Иден? И что я должен знать о Луке, этом говнюке?

Еще один крик разрывает воздух, и я застываю за дверью, готовясь к тому, что сейчас увижу.

Я слегка толкаю дверь и встречаюсь взглядом с Сетом. Ладонь взлетает ко рту, чтобы заглушить крик.

Роман стоит над Сетом, с ножа в его руке капает кровь. Сет валяется на куске брезента, его руки связаны, а рот заклеен, кожа испещрена открытыми ранами.

Господи Иисусе.

Кольцо и крест Романа лежат на столике неподалеку, рядом стоит бокал скотча, но он выглядит нетронутым.

— Я разве разрешал отворачиваться от меня? – срывается Роман, хватая Сета за подбородок и заставляя смотреть на себя. Пока он слишком занят, чтобы меня заметить. – Когда я снова сниму с тебя скотч, тебе лучше рассказать мне все, что знаешь, и в следующий раз, когда я скажу прийти, не хамить мне, блять.

Он срывает скотч с губ Сета, и тот глотает воздух, умоляя меня взглядом.

— Иден, – хрипит Сет сорванным голосом. – Пожалуйста, позови на помощь.

Роман, наконец, замечает меня, его глаза расширяются, когда он видит, во что я одета. Его взгляд следует от моих глаз к отметинам зубов на груди и обратно к размазанному макияжу на лице.

— Почему ты здесь, Сет? – холодно и отстраненно спрашиваю я.

— Отец Брайар ненормальный, пожалуйста, милая Иден…

— Не смей ее так называть, – отрезает Роман, вжимая ногу в грудь Сета, чтобы удержать его. – Ты, ебаная мерзкая свинья.

— Он здесь, – начинает Роман, его голос полон презрения, – чтобы рассказать мне все о твоем отце и этом куске дерьма Луке.

— Я ничего не знаю про парня, – заикается Сет, – и я рассказал все, что знаю про Дэвида. Я расскажу больше, когда узнаю, но, пожалуйста, Иден, убери его от меня!