Книга Рабыня из Вьетнама, страница 67 – Ева Файнд

— Я очень рад видеть тебя! – улыбается он во все тридцать два зуба.

— Я тоже рада попасть к вам на приём…

Что-то мне как-то некомфортно здесь. Этот его просвечивающий взгляд, словно он умеет читать мысли…

Роман подходит совсем близко, всё ещё улыбаясь. Смотрит куда-то поверх меня. А затем склоняет голову и… вдыхает воздух возле моих распущенных волос. Это выглядит настолько странно, и моё волнение усиливается. В голове один вопрос – зачем он нюхает меня?!..

Я отхожу от Романа назад. Смотрю на него озадаченно. Что ему надо от моих волос?

— Твои духи великолепны… Что за марка? – тихо спрашивает он.

Я называю ему известную парфюмерную фирму, всё ещё не понимая, как это касается нашей консультации.

— Любимый аромат может многое рассказать о человеке… – философски говорит Роман.

У меня немного отлегло. А то уж подумала, не подкатывает ли он по мне.

— Ну, снимай свою куртку и устраивайся на кушетке. Будем снимать твоё напряжение…

Это звучит несколько двусмысленно, но я отгоняю все нелепые мысли. Куртку оставляю на спинке свободного стула и забираюсь на кушетку. Странно, почему нельзя проводить консультацию сидя?

— Начнём снова с лёгкого гипноза, – говорит Роман и включает телевизор.

— Может, как-нибудь без этого? – нервно спрашиваю я.

— Это позволит тебе расслабиться, только и всего. Ты же помнишь, всё, что с тобой было в прошлый раз. Ты была в сознании, всё понимала и контролировала. Нет причин для волнения…

Он так убедителен, что я соглашаюсь. Снова вижу на экране картинку со спиралью. И по щелчку пульта она приходит в движение. Через несколько секунд на меня уже накатывает сонливость.

— Я посчитаю до десяти, после чего мы с тобой немного побеседуем… Один…

Я слышу его голос, но он как будто приглушён. Опять это дурацкое помутнение! Зачем я соглашаюсь на это? Я ведь не сорокалетняя женщина в кризисе возраста, и не закомплексованная истеричка, и даже не подросток с деструктивным поведением. Так, какого чёрта я здесь лежу?!

Но уже поздно уходить. И не хочется. Роман досчитал до десяти и ждёт от меня правдивых ответов.

— Расскажи про дни, когда ты была в плену. Этот хозяин, он домогался до тебя?

Ну зачем… Для чего ему это нужно знать? Мой мозг противится извлекать самые мерзкие воспоминания в моей жизни. Но язык сам начинает шевелиться, а в паре с ним работать принимаются и голосовые связки.

— Постоянно домогались, – тихо говорю я, глядя в потолок. – Самый главный Тао несколько раз зажимал в углу, грозился, что изнасилует, если не приму таблетку. А его слуга по имени Бенешан в перерыве между танцами повалил меня на пол в присутствии других танцовщиц, которые переодевались в этот момент. Они сразу убежали. А он стал шарить своими руками по моей груди. Хотел раздеть, но тут постучали в дверь, чтоб я шла на танцпол. Этот урод не стал рисковать. Наверное, боялся Тао. Тот, кто меня охранял в деревне, тоже пытался изнасиловать, но мне удалось сбежать… Может, хватит меня про это спрашивать?!

Злюсь на себя за свою открытость. Я не рассказывала это даже Марату!

— Хорошо, Катя. Больше не будем, – заверяет меня Роман.

Он подходит и садится на кушетку у меня в ногах. Смотрит на моё лицо. Я же не хочу даже взглянуть на него.

— Давай, поговорим о твоих отношениях. Мне показался Марат слишком безэмоциональным. Как он ласково называет тебя?