Книга За поворотом новый поворот, страница 54 – Анна Корнова

Полина пошла в гостиную, где Кристина складывала в спортивную сумку свои вещи. Галина Павловна сидела в кресле перед телевизором, очень внимательно глядя на экран, где в который раз демонстрировали «Двенадцать мгновений весны».

— Крис, верни, пожалуйста, мою брошь, — Полина сама удивилась строгим ноткам в своем голосе.

— Я твоих вещей не трогала, — Кристина застегнула молнию на сумке.

— Я заявлю в полицию, что ты воровка.

— Заявляй. Я твою бабочку в глаза не видела.

— А откуда ты знаешь, что это была бабочка?

— Ничего я не знаю. Дай пройти.

В этот момент Галина Павловна, которая, казалось, была полностью захвачена диалогом Мюллера со Штирлицем, вскочила с кресла и схватила за ручку сумку Крис:

— Открывай!

— Чо, в моих трусах копаться будете? — Крис потянула сумку к себе.

Некоторое время Галина Павловна и Кристина тянули спортивную сумку каждая на себя, пока от сумки не оторвалась ручка. А дальше произошло невероятное: Полина изумленно наблюдала, как Крис вцепилась её матери в волосы, а Галина Павловна, всегда невозмутимо-спокойная, никогда не повышавшая голос, с криком «Я тебе, потаскуха, покажу!» укусила Кристину за руку. Крис завизжала так, что Полина испугалась: разбудит детей. Всё, что происходило, не укладывалось в голове — такая сцена могла быть в фильме о бандитах или гопниках, но никак не в жизни Полины. Кончилось тем, что под забористый мат Кристины Галина Павловна вытрясла на пол содержимое спортивной сумки. У сумки была оторвана ручка, молния разошлась, а в куче высыпанных вещей не было ни футляров с украшениями, ни каких-либо ещё ювелирных вещей, но обнаружился шёлковый палантин Полины и красное яблоко флакона туалетной воды Нина Ричи, подаренное Полине больше года назад, но так ещё и не открытое.

— Это что такое? — Галина Павловна трясла палантином, и птицы на нём, казалось, замахали разноцветными крыльями.

— Говорить с вами не хочу, суки, — Кристина запихивала вещи в пакеты-майки с логотипом «Пятёрочки», — подавитесь. Сдохните от жадности.

Полина почувствовала, как дико заболело в правом виске. Думала, что смыла с себя негатив, а он только прибавляется.

В гостиную вошёл сонный Степаша:

— Чего вы раскричались? Уже ночь.

Полина испугалась, что Кристина при ребёнке разразится площадной бранью, и повела сына в детскую:

— Пойдем спать, заяц.

— Ма, а чего вы ругались?

— Мы не ругались, тебе приснилось.

— Посиди со мной, не уходи. Вдруг мне опять приснится, что вы ругаетесь.

— Конечно посижу. Спи.

— Ма, а положи мне под подушку конфету. Я утром найду и обрадуюсь.

Полина сидела на краю кровати, нежно баюкая засыпающего сына. Хлопнула дверь, видимо, Кристина ушла, поехала в квартиру Дениса «только переночевать, а утром комнату искать». Полина усмехнулась: она уже знала, что комнату искать Крис не соберётся, но это проблемы Дениса — пусть теперь как хочет выкуривает свою то ли уборщицу, то ли любовницу из квартиры, Полина свою программу отработала. Подумав так, она почувствовала, как отступает головная боль.

Когда Степаша уснул, Полина вернулась в гостиную и застала плачущую мать. Полина кинулась обнимать родного человека:

— Мамуль успокойся. Я виновата, что в дом воровку привела. Ну, таких дур, как я, жизнь учит.

— Да при чём здесь воровка, не воровка. Не обеднеем без твоей брошки. Вот как ты у меня жить будешь, когда помру? Тебя такая вот тварь оберёт, опозорит, а ты и не заметишь. Наделала делов, с мужем разошлась, а как жить сама будешь? Замуж тебе Полина надо за хорошего человека. С мальчиками я сидеть буду, а ты давай свою жизнь устраивай. Ты у меня вон какая красавица.