Книга Цветочный мёд, страница 64 – Анна Корнова

Изнеможденные после близости, они лежали на смятом покрывале, каждый думая о своем. Борис повернулся в сторону Гели, любуясь её точеным профилем.

— А я думала, что тебя как женщина не волную, — призналась Геля.

— Нет, я тебя хотел всегда, с той минуты, как увидел. Когда на Новый год мы танцевали, я ощутил, как твоё тело чувствует ритм, чувствует меня. Я тогда ещё подумал: «Это моя женщина».

— Ты очень хорошо танцуешь.

— В детстве я занимался бальными танцами.

— А потом бросил?

— А потом были горячие точки и совсем другие танцы.

Заиграла мелодия маминого звонка:

— Геля, ты сказала, что перезвонишь. Уже двенадцатый час, а мы с папой не спим, ждём твоего звонка.

— Давайте завтра встретимся. Борису неудобно через неделю. Если Лера не сможет, приезжайте без неё.

— Геля я не понимаю, что у тебя происходит.

Ангелина сама не понимала, что происходит, но что-то происходило. Это точно.

Рано утром Борис уехал, как он выразился, привести себя в порядок. Ангелина ещё долго спала, а проснувшись, не могла сразу понять: ей приснилось или наяву жарко шептал слова любви человек, прежде не проявлявший никаких эмоций.

В двенадцать часов Борис заехал за Гелей. На нём был тёмно-серый костюм-двойка с однобортным пиджаком, галстук на полтона светлее — одно слово, жених. Во всяком случае, родителям показать будет нестыдно. Родителям жених дочери действительно понравился, понравился и Лере, которая, оставив детей на мужа, тоже приехала на смотрины. Родственники оценили серьёзность и солидность жениха — не пустой болтун, вертопрах, а человек обеспеченный, немногословный, но заметили, что он «давящий», вроде и ничего плохого сказано не было, но под тяжёлым взглядом этого молчаливого человека было почему-то неуютно.

В конце обеда Борис обратился к родителям Гели:

— Уважаемые Андрей Петрович и Елена Александровна, я прошу у вас руки вашей дочери.

Отец вопросительно посмотрел на мать — что нужно говорить в таких случаях? Та растерянно улыбнулась.

— Ну, вы люди взрослые, раз вы решили создать семью, — наконец заговорил Андрей Петрович, — то, как говориться, совет да любовь.

Родителей повезла домой Лера. Она недавно получила права, и спешила похвалиться своим мастерством. По дороге Лера поделилась впечатлением:

— Мужик, конечно, видный, но вот не пойму: то, что он всё время молчал, это хорошо или плохо.

— Я думаю, хорошо. Для такой болтушки, как наша Геля, именно такой и нужен, — ответила Елена Александровна, — хотя, честно скажу, я себя рядом с ним чувствовала себя неловко. Очень холодный изучающий взгляд. Но может, он нас стеснялся, а освоится и оттает.

А Андрей Петрович добавил:

— Поживём — увидим.

Ангелина готовилась к свадьбе. Назначено торжество было на начало марта — выездная регистрация, ресторан, затем свадебное путешествие к пляжам тёплого моря. А пока Геля мечтала, как она будет жить с сильным, за которым как за каменной стеной, мужем в роскошной квартире. Представляла, что подруги приедут к ней в гости и ахнут, зайдя в тогда уже и её апартаменты. И свадьба у Ангелины будет замечательная — все восхитятся. Танец молодых они с женихом исполнят так, что аплодировать им станут стоя, ведь Борис занимался бальными танцами. Платье Геля купит, какое было у Алёны, цвета шампань (наряд, преобразивший простушку в принцессу, произвёл на Гелю неизгладимое впечатление). Мечты о предстоящей свадебной феерии и последующей семейной жизни омрачали только слова Бориса: «У меня два условия: во-первых, ты уходишь с работы и, во-вторых, не будешь рожать».