Книга Цветочный мёд, страница 43 – Анна Корнова

— Наверное. Тут много всего, — Ангелина осеклась, по коридору к ней шёл Константин.

— Ну, так чего? Мы приезжаем?

— Давай я попозже перезвоню.

Геля положила трубку и приняла, как ей показалось, вид полного безразличия, но Константин подошёл к её дивану и посмотрел на неё с усмешкой:

— Что ты так напряглась? Я же понимаю, что ты случайно оказалась в этом пансионате.

— Разумеется, случайно.

— Я именно так и подумал. Случайно узнала про мою свадьбу, случайно приехала сюда… Я не пойму только, чего ты хочешь добиться этими случайностями?

Дверь шестьдесят седьмого номера распахнулась, и в коридор вышла Вероника. С любопытством посмотрела на Константина. Ангелина, сама не поняв почему, густо покраснела, словно её застали за чем-то крайне неприличным.

— Геля, я в бассейн, тебя подождать?

— Нет, не жди. Я в бассейн не хочу.

— Зря. Хотя, вижу, ты снова нашла занятие поинтереснее плаванья, — и, не дожидаясь ответа, Вероника удалилась.

В эту минуту у Гели появилось желание высказаться в самых жёстких выражениях своё мнение о них. Пусть Костя страдает манией преследования, а Ника пестует свои комплексы, Ангелина не хочет разбираться в их переживаниях, ей своих хватает.

Геля зашла в номер, подошла к панорамному окну, залюбовавшись на зимний лес: может, действительно, пусть Белогорский приезжает, поснимает пейзажи, а они с Ксюхой и её Саньком погуляют, посмеются, Вероника с ними повеселится, ей полезно расслабится. Ангелина не слышала, как открылась дверь номера, поэтому испуганно вздрогнула, когда ощутила нежное прикосновение губ к своей шее, сильные руки обняли, прижали, жаркий шёпот «Ангел мой, не могу без тебя» коснулся уха. Хотела вырваться, но кожу моментально покрыли мурашки, растекаясь по затылку и плечам. Геля повернулась к нему и потянулась навстречу, подставляя губы и всю себя его жадному рту и рукам, прижимаясь, чтобы быть ближе, сплестись, соединиться… Но через предательскую дрожь, отдающуюся в руках, в спине, во всем теле, прорвалось:

— Ты определись: жить без меня не можешь или от слежки моей страдаешь?

— Я не страдаю, я, ангел мой, понимаю тебя. Тебе тяжело, потому что жизнь внесла коррективы, а ты не хочешь этого принять.

Голос Константина, глубокий, бархатный баритон, обволакивал, а пальцы виртуозно касались шеи, груди, руки опускались всё ниже… Сознание Гели умоляло остановить любовника, а тело плавилось в ласковых руках и желало одного — чтобы он не останавливался. И тут заиграла весёлая мелодия, «Светик мой Светлана», — запел солист Нэнси. Костя быстро вытащил телефон и отключил звук, но старая попса из дорогого смартфона Константина обрушилась на Ангелину ушатом холодной воды.

— Поговорил бы с женой, а то ещё подумает, что по бабам пошёл, — высвободилась из объятий Геля.

Константин попытался вновь обнять девушку, она отстранилась, и вдруг он оттянул её волосы назад, и одним рывком повалил на кровать. Всё произошло так неожиданно, что Геля опомнилась лишь когда Костя навалился на неё, яростно пытаясь раздвинуть ей колени.

— Нет! Нет! Не смей ко мне прикасаться! — попыталась вырваться Ангелина.

— Да раздвинь ноги, сука! — прохрипел Константин и руками зафиксировал Гелины запястья.

Сцена была ужасна: девушка яростно сопротивлялась, пыталась царапаться, тушь со слезами стекала по щекам, с губ ежесекундно срывались стоны, а мужчина грубо, животно, вошёл и вбивался в мягкую плоть, пока его тело наконец не содрогнулось. Кончив, он ослабил хватку, но Геля продолжала метаться и кричать, пока до неё не дошло, что никто больше её не держит. Костя встал, застегнул брюки.