Книга Королева держит вертикаль, страница 18 – Анна Корнова

А Елена Алексеевна не могла промолчать, потому что переживала за судьбу Влады. Такая успешная, вызывающая гордость единственная дочь вдруг оказалась разведёнкой с ребёнком. У всех приятельниц Елены Алексеевны дети разводились не по одному разу, а некоторые даже вовсе не сумели создать семью. Приятельницы постоянно сквозь зубы бросали: «Не наше дело, пусть живут как хотят, но…», и дальше начиналось «но» — кто-то жаловался на пьющего зятя, кто-то на невестку-эгоистку, у кого-то сын не мог найти работу, чья-то дочь запуталась в кредитах. А у Елены Алексеевны было всё так хорошо, что ей даже порой бывало неудобно перед подругами. Дочь на престижной работе, внучка — умница, зять — труженик и семьянин, дом — полная чаша. И вдруг всё у дочери рухнуло. Елена Алексеевна всякий раз содрогалась, вспоминая, как год назад приехала к ней Влада, осунувшаяся, с глазами полными горя. И заботливая мать вновь набрала телефон дочери.

— Владюш, извини, что отвлекаю, но я вот что думаю. Давай ты ко мне вечерком заедешь, выговоришься, обсудим. Ты вот всё в себе держишь, а это неправильно.

— Мама, я уже всё выговорила и не по одному разу. Мне вечером машину из ремонта ехать забирать.

— А что случилось? Ты попала в аварию?!

— Я никуда не попадала, просто текущий ремонт. Извини, мне надо работать.

Едва Влада положила телефон на стол, как вновь раздался звонок. Не глядя на экран, Влада поднесла телефон к уху.

— Мам, прекращай придумывать страшилки. Со мной всё в порядке.

— Это не мама, это твоя первая любовь, — хохотнул незнакомый бас.

— Извините, с кем я разговариваю?

— Как быстро ты меня забыла!

Влада нажала на сброс. Через полминуты неизвестный номер вновь дал о себе знать.

— Королёва, ты чего без предупреждения трубки бросаешь!

— Представьтесь, пожалуйста.

— Жаров Александр, твой школьный друг и первая любовь.

— Жаров, ты никогда не был моей любовью.

— Но ты-то моей любовью была, а вот исчезла с горизонта. Я твой телефон еле нашёл. Хорошо, у Буреевой каким-то образом домашний твоей матери сохранился.

— Спасибо, что нашёл. Мне мама передала, что ты ей звонил. Когда встреча и где?

— Какая ты, Королёва, сухая и невесёлая. На службе что ли?

— Работаю, — честно говоря, дел срочных не было, но перспектива встретиться с Ликой пугала. Наверное, мама права: не стоит туда ходить. Двадцать лет с одноклассниками не виделась, можно ещё столько же не встречаться.

— Тогда записывай, в эту субботу в пятнадцать ноль-ноль, в Плизнере на Маяковской.

— Спасибо, записала. До встречи!

— Как у тебя всё по-взрослому. Ваниной передай, что встречаемся.

— Мы давно не общались. Напиши ей в Контакт или в Одноклассники. Извини, мне надо работать.

Интересно, кого уже предупредили, кто придёт, и почему-то в пивном ресторане собираются. Впрочем, Влада решила, что ей до этого дела нет. Она, разумеется, не пойдет, чтобы не видеть довольное лицо Лики и не слышать, что она будет говорить о своей успешной жизни. Год прошёл, всё улеглось, и не надо ворошить.

Неделя была напряженной, но в заботах и хлопотах Влада постоянно возвращалась мыслями к субботней встрече. И в конце концов решила: она пойдёт, а, если Лика там будет, пусть видит и Олегу расскажет, что Влада не та мокрая курица, что ворвалась год назад ночью к ней в квартиру. Пусть знают, что несмотря на все Олеговы аферы, на все суды, на то, что из дома-гнезда выгнали, Влада выпрямила спину — держит вертикаль.