Книга Бывшие. Тайный сын для Сибиряка, страница 28 – Лия Малинина

— А почему ты раньше не приходил? – задал резонный вопрос ребенок.

Бывший повернулся и внимательно посмотрел в мои глаза. В его голове шел активный мыслительный процесс. По Игорю было видно, что он сейчас пытается найти правильные слова для этого маленького, но самого важного в нашей жизни человека.

— Понимаешь, – наконец тихо начал говорить Градский, – иногда так случается, что взрослые делают глупые ошибки. Очень глупые. И я сделал такую. Я не знал о тебе. Если бы знал… – голос его дрогнул, и он на миг закрыл глаза, – я бы пришел в самую первую секунду. Я был бы всегда рядом с тобой, с вами.

Он обнял сына, прижал к груди, и его большие ладони почти полностью скрыли худенькие детские плечи. Стасик молчал, прислушиваясь к биению сердца этого большого, малознакомого, но уже такого родного человека.

Потом осторожно обнял его за шею и спрятал лицо у него в плече. В комнате не было слышно ничего, кроме их дыхания. Я видела, как напряжена спина Игоря, как он боится сделать лишнее движение, чтобы продлить эту долгожданную для него минуту.

Сын поднял голову, его взгляд перебегал с моего лица на лицо Игоря, будто он заново нас узнавал, складывая в уме свою новую реальность. В его глазах читалась какая-то недетская серьезность, попытка осмыслить то, что рушило все его прежние представления о его мире.

— Значит, теперь у меня есть папа? Настоящий? – он произнес это слово с таким трепетным удивлением, что у меня снова подступил ком к горлу.

— Настоящий, – твердо сказал Игорь, и его глаза снова блеснули влагой. – Навсегда. Я обещаю.

Он посмотрел на меня поверх головы нашего сына, и в этом взгляде было намешано столько эмоций, что мне стало трудно дышать. Это был взгляд человека, готового свернуть горы, лишь бы никогда больше не терять то, что он только что обрел.

Стасик вдруг глубоко вздохнул и улыбнулся.

— Круто, – прошептал он, и от этого простого, такого детского слова, напряжение в кабинете растаяло, уступив место новому, еще неуверенному, но такому теплому чувству единения.

Игорь рассмеялся, тихим счастливым смехом, и прижал сына еще крепче. А я просто смотрела на них, понимая, что наш мир больше не будет прежним, и в этом мире нас теперь трое.

— А ты будешь жить с нами? – снова задал вопрос сын.

Игорь набрал в грудь побольше воздуха, чтобы ответить, но я его опередила.

— Нет, сынок, – быстро проговорила я, – мы вернемся домой, но папа будет очень часто приезжать к нам в гости.

Градскому явно не понравился мой ответ, он дернул головой и сжал зубы.

— Мы это еще обсудим, – сказал он, выделяя каждое слово, – идемте, нас ждут за столом.

Мы вернулись в гостиную, Градский усадил улыбающегося сына рядом с собой. Ната с Арсением, выразительно на нас глядя, пытались угадать, как прошел разговор с сыном.

Стас задумчиво ковырял в тарелке, все еще переваривая то, что произошло несколькими минутами ранее.

— Ты все? – повернулась к нему Аня. – Айда играть.

— Спасибо, – быстренько проговорил сын и выскочил из-за стола.

— Ребят, – проговорил Игорь, когда дети скрылись из виду, – можно вас попросить завтра остаться со Стасом на целый день.

— Да, без проблем, – тут же согласилась Ната.

— Зачем это? – я немного напряглась, потому что он ничего не говорил мне об этом.

— Хочу тебе кое-что показать, – задумчиво проговорил Градский неотрывно глядя в мои глаза.