Книга Сюрприз, Шоколад и Игрушка для бандита, страница 3 – Рин Скай

А то, что этот самый залетный бандит – наглый как паровоз - сомнений нет. Об этом кричит его самоуверенная поза, ведь обычно мужчины, приходящие ко мне на сеанс массажа, ведут себя гораздо скромнее и оголяются неохотнее. О том, чтобы снять трусы, как этот товарищ, речи вообще не идет. Зато этот тип нагло сверкает всем тем, чем так щедро матушка-природа смогла его наградить.

— А ты чего, девственница в последнем поколении? – рычит недовольно бандит, убирая яблочник от своего лица.

Убирает. И… срочно убежать из кабинета прямиком на край света сейчас мне хочется вдвойне сильнее!

Шторм… Это он!!! Он, или не он??? Напрягаю зрение в уродских очках на максимум! Еще и освещение в кабинете приглушенное, чтобы создавать полный релакс для клиента.

Господи, одиннадцать лет прошло!!! Одиннадцать! А если он меня сейчас узнает?

Успокойся, Иришка, может это и не он вовсе… Такие, отбитые на всю голову, долго не живут! Тем более при том образе жизни, что Шторм вел одиннадцать лет назад. Да и я сейчас одета так, что мама родная ни в жисть не признает.

— Ля, и правда, девственница! – ухмыляется бандит, но пеструн свой все же прячет под халатом. – Я думал мне сейчас Клавдию Шиффер пришлют, а прислали Клаву-доярку!

И ржёт своей тупой шутке.

— Вам шашечки, или ехать? – злобно поправляю очки. – Вы сюда на массаж или для интима притопали?

Задели его слова. Не пойму почему, но задели.

— Ха! Уж точно не для интима. На такую как ты мой интим не встанет! Ничей не встанет! Вот поэтому и в девках до сих пор ходишь, красивых мужиков шугаешься! – нагло рычит.

— Это где здесь красивые мужики? – приподнимаю бровь.

Бандит пытается пошевелиться, открывает рот для новых упражнений в шутках-юмора но с протяжным:

— О-о-о… - падает на кушетку, схватившись за крестец.

На брутальном его лице, заросшем окладистой бородой, явно побывавшей в руках модного барбера, отражается неподдельная мука.

— Переворачивайтесь! – с явным злорадством в голосе приказываю я.

Если это и Шторм, то он меня не узнал. Вот и хорошо. Больно вспоминать прошлое. Было и прошло. Зато теперь у меня трое прекрасных безумно шаловливых детей! И их я не променяю ни на что на свете!

С кряхтением великолепное тело мужчины переворачивается на кушетке не менее великолепным задом.

* * *

— Не накрывайтесь! – хрущу я пальцами в преддверии ручной работы. – Уж коли аверс монеты показали, так реверса стесняться тем более нечего!

— Такая дерзкая? – хмыкает бандит, пряча гримасы боли в прорези для лица на кушетке. – Хоть представление имеешь кто перед тобой?

— Вы спину сюда лечить пришли или самоутверждаться за мой счет? – не даю себя в обиду.

— Сраный салон! Тупая админка и стремная баба-массажистка! – ворчит мужик, которому уже мозги скрутило от боли. – Если бы не мой крестец, в жизни бы в эту помойку не зашел!

Это он наш, практически элитный спа-салон в центре Москвы помойкой назвал? Ну не зна-а-аю, не зна-а-аю…

Да и пусть оскорбляет меня дальше. А я подольше буду персиковое масло по рукам размазывать. Кому же хуже?

— А куда ходите обычно? – поддерживаю светскую беседу.

— Тайка у меня! Личная! На родину укатила, зараза такая! А теперь вот к мымрам всяким, ааа!!!

Это я дотрагиваюсь до многострадальной поясницы. Руки у меня не холодные, разогретые маслом. Бедный мужик, эк его скрутило… он поэтому сейчас ругается и материться на весь свет, ибо мужчины вообще плохо переносят боль. Вот его бы заставить тройню рожать, да он умрет на первой же схватке! А еще говорят, сильный пол!