Книга Целительница его сердца, страница 66 – Рин Скай

Дарк Омар Винтер! Его черная высоченная фигура неподвижно возвышалась под моим окном, как в тот первый раз, куратор без отрыва смотрел в моё окно.

Как жутко!

Но меня это по большей части не испугало, а разозлило. И даже очень разозлило!

Маньяк! Натуральный одержимый маньяк! По-другому его не назовешь!

Я закатила глаза, и со злостью отгородилась от него занавеской. Пошла обратно в кровать. Конечно, такие кошмары станут сниться, если стоят тут всякие, в окна заглядывают!

Наверно, впервые за все это время я очнулась в общаге для сироток, не стуча зубами от холода. Какое же это благостное чувство — ощущение тепла не только под одеялом, но и за его пределами. Я умылась вполне сносной водой комнатной температуры, проделала прочие утренние процедуры, оделась и вышла в коридор. Мои питомцы тут же напомнили мне о сытном завтраке, вот обжоры!

Остальные жительницы сиротского общежития так же выходили из своих комнат довольными и подобревшими. Все только и обсуждали что починенное отопление, а на меня внимания никто не обратил. Что ж, спасибо Дарку за это!

— Айрин! Иди сюда! — пробралась Ава к моему столику через толпу в трапезной.

— Не пойду, Ава, лучше ты присаживайся. Ну, чего у вас там? — спросила я, отпивая кофе.

— У всех только и разговоров, что об отоплении, даже про бал забыли.

— Это Дарка рук дело? — прервала я подругу.

— Ага, его. — подтвердила Ава. — Он, едва ты удрала из его дома, пошел на всех орать, чтобы отопление в общаге починили. Тут сразу у всех в Академии и время нашлось, и ресурсы, ну и финансы, само собой выискались самым волшебным образом… Эх, раньше бы куратор к нам пожаловал, на несколько лет, вот тогда бы мы зажили!

— Лучше поздно, чем никогда! — изрекла я банальную мысль.

— А потом он на ночь куда-то ушел, я так и заснула, его не дожидаясь.

А куратор изволили у меня под окнами стоять. Всю ночь причем, будто никакого другого занятия у мужчины его статуса не нашлось…

— Так, я что хотела спросить, сегодня вечером зимний бал! — ажитированно произнесла Ава. — Ты пойдешь?!

Ох, вот про бал я совсем забыла.

— Нет, Ава. Во-первых, я не взяла с собой подходящее платье, а во-вторых я танцевать не умею.

— В смысле, не умеешь? — нахмурилась Ава, — нас же учили на первом курсе и Вальсу, и другим танцам.

А, да? Не знала.

— А платье твое я могу тебе передать после пар. Надо пойти, Айрин! Для нас такая возможность, побывать на балу Первого Зимнего Дня открывается впервые в жизни!

— Мне все равно.

— Нет, надо побывать! Потом всю жизнь локти кусать будешь!

* * *

— Айрин Грейс! — недовольно прокаркала мое имя мадам Узэния. — Выходите отвечать!

Я закатила глаза к своду аудитории, но, вышла.

Узэния смерила меня высокомерным взглядом, полным призрения, и как шмякнет вонючую тушу дохлого горностая на кафедру, а меня чуть ли не стошнило от омерзения.

— Оживляйте! — презрительно скривив губы куриной жопкой приказала преподавательница.

Что? Опять?!

— Да у нас же факультет Целительства, а не некромантии, в конце концов! — возмутилась я.

— Исцеление мертвых животных входит в программу нашего курс. Оживляйте!

Да что ж такое?!

Одним глазом я покосилась на безвременно почившую тушку горностайчика. Тушка была не в лучшем состоянии, и над ней уже летали стаи мошек. Узэния просто издевается надо мной. Она услышала о том, что я ушла от Винтера и подумала, что его покровительство больше на меня не распространяется, а раз так, то на мне можно оторваться по полной программе… Это плохо. Надо придумать, как отвадить дурную преподшу, присеча ее измывательства, либо уже научиться поднимать мертвых зверушек на самом деле.