Книга Святоша, страница 54 – Юлия Резник

— Вы какие больше любите, Андрей Палыч?

— А какой правильный ответ? – ответил вопросом на вопрос батя, весело сверкая глазами. Ида заливисто рассмеялась.

— Нет правильного. Тут со всеми начинками есть.

— Тогда я все и попробую! Проходите, пожалуйста… А ты, кнопа, пирожки будешь? – поинтересовался у Дашки, почесав ту за ушком.

— Дя-дя-дя…

— Да? Ты сказала да?! – изумилась Ида. – А еще она пошла на днях, Паш! Представляешь? А мне говорили, что из недоношенного ребенка непременно вырастет инвалид, – губы Иды возмущенно дрогнули.

— Ну, какой инвалид? Такая славная девочка! – изумился мой старик. – Сколько злых людей!

— Согласен, – кивнул я. – Много. А значит что?

— Что? – удивилась Ида.

— Хорошим людям надо держаться вместе!

Ида

Вот уж чего я бы никогда не могла представить, так этого того, что Новый год мы будем встречать в таком составе…

— Ида, ну что ты копаешься, давай-ка шустрее! – велел Паша, заглянув к нам с Дашкой в комнату.

— Может, в другой раз съездим? – взмолилась я. – Нужно на стол накрыть…

— Папа с Валентиной Петровной все сделают!

— А если Дашка проснется раньше времени? – не сдавалась я, почему-то страшно волнуясь.

— С ней они тоже справятся! Давай-давай. Тут недалеко ехать.

Я колебалась. Волнение то накатывало, то отпускало.

— Может, хоть намекнешь, куда мы? И почему это надо делать прямо сейчас? – все сильнее волновалась я.

— Потому что это новогодний подарок. Когда еще мне его вручать?

Я переступила с ноги на ногу. Было жуть как интересно, что же он такое задумал. А еще страшно и немного стыдно, ведь, что бы это ни было, я не имела возможности подарить ему в ответ что-то стоящее.

Но я могла, по крайней мере, не трусить…

— Ладно. Пойдем. Только объясню Валентине Петровне, где взять тарел…

— Ида! Я и так знаю, где в этом доме лежит посуда! Поезжайте с богом, – перебила меня Дашкина няня.

Паша ухмыльнулся. Ладно. Может, я действительно уж слишком паниковала. С другой стороны… Разве еще пару недель назад я могла представить, что буду встречать праздник в компании Пашиного отца и вообще, считай, чужой женщины? Но когда я узнала, что Валентина Петровна одинока, решение пригласить ее к нам показалось мне единственно правильным. И Паша горячо его поддержал, в очередной раз доказав, что судьба мне послала совершенно удивительного мужчину, за которого нужно было держаться, несмотря ни на что.

— Ладно, – ухмыльнулась я. – Раз так, давай ехать.

Действительно! Сколько можно было сомневаться?!

Мы как дети сбежали по лестнице, выскочили на улицу, хохоча на бегу. Запрыгнули в прогретую машину и выехали из паркинга. Город утопал в огнях! Мы ехали через центр. Снег падал крупными хлопьями, и дворники машин еле поспевали очищать лобовое стекло. В этом году зима как никогда радовала погодой.

Уверенно удерживая руль одной рукой, другой Паша время от времени касался моей ладони. Это единственная близость, которую он позволял в последние дни. Просто касался. И мне было хорошо. Так хорошо, что хотелось плакать. Но не останавливаться…

Он что-то рассказывал про соседей отца, про то, как Дашка сегодня назвала его папой! А я кивала, улыбалась, убеждала то ли себя, то ли святошу, что ему просто послышалось, и замирала от сладкого ужаса, гоняя туда-сюда в голове панические мыслишки. Ох, как же это оказалось страшно! Страшно снова жить. Смеяться, мечтать, ехать куда-то и знать, что впереди не боль и не одиночество, а возможно, счастье.